Знаки исполнения времён. Аналитика и размышления
Последние комментарии
Сейчас на сайте
Сейчас на сайте 0 пользователей и 2 гостя.
Oleg Maslov аватар

23 причины мирового кризиса (часть 2)

Мошенничество CDS по У.Энгдалю.
Известный аналитик У.Энгдаль презентовал следующее: "Майкл Гринбергер, который возглавил подразделение торговли и рынков CFTC в конце 1990-х годов во время принятия законов о финансовом дерегулировании, говорит, что банки и хеджевые фонды "бились об заклад, что сабпрайм окупятся, и они не будут нуждаться в капитале, чтобы поддерживать свои ставки". Нерегулируемый кредитный дефолтный своп, по его словам, стоял в "сердце сабпрайм-кризиса". Энгдаль выделил существенное: "Кредитный дефолтный своп претендует, в теории, позволить банкам устранить кредитные риски со своих балансов, перенеся их на других, таких как AIG, страховщиков. Он был основан на колоссальном мошенничестве с использованием математических моделей риска. AIG вышел на большие продажи CDS банкам по всему миру из лондонского подразделения "финансовой практики". AIG фактически выпускал псевдо "страховки" в сотни миллиардов долларов в новых ценных бумагах, обеспеченных активами (ABS), которые выпускали фирмы Уолл-Стрита и банки, такие как Citigroup, Goldman Sachs, Deutsche Bank, Barclays, включая туда сабпрайм ипотечные ценные бумаги. Это была огромная финансовая пирамида, выстроенная AIG, которая зависела от того, что крупнейшая в мире страховая компания держала редкий кредитный рейтинг ААА от рейтинговых агентств Moody?s и S&P. Это означало, что AIG могла занимать более дешевые деньги, чем другие компании с более низким рейтингом. Выпуски AIG контрактов CDS действовали как одна из форм страхования для различных экзотических обеспеченных активами ценных бумаг (ABS), ценных бумаг выпускаемых Уолл-Стрит и лондонскими банками. AIG говорил, "если по некоторым удаленным шансам" эти ипотечные ценные бумаги понесли потери, выплачивать ущерб будет AIG, а не банки".

У.Энгдаль подчеркнул: "Затем началась дикость. Поскольку кредитные дефолтные свопы не регулировались и даже не классифицировались как традиционные страховые продукты, AIG не был обязан выделять резервы для покрытия убытков! И он этого не делал. Таким образом, когда цены на жилье начали падать, и начали накапливаться убытки, у него не было никаких средств это скомпенсировать. AIG тогда выпустил CDS инструменты на сотни миллиардов долларов, чтобы позволить банкам сделать свои балансы выглядящими безопаснее, чем они в действительности были. Банки смогли снизить свой кредитный риск не через обладание более безопасными активами. Они просто покупали у AIG кредитные дефолтные свопы. Эти свопы означали, что риски убытков были переведены в AIG, в результате чего банковские портфели выглядели абсолютно нерискованными. Это дало банкам законную иллюзию выполнения минимальных требований к капиталу, с тем чтобы они могли увеличить свое влияние и приобрести еще больше "свободных от риска" активов". Энгдаль предложил следующее: "Эта идея проста и даже не радикальна. Закон США, запрещающий внебиржевые производные и перемещающий их на регулируемые биржи положил бы конец колоссальному "теневому банковскому" мошенничеству. Банки не потеряли бы намного больше, чем уже потеряли, но и мировая финансовая система вернулась бы к "норме". Внебиржевые деривативы являются нерегулируемыми именно для того, чтобы скрыть риски и позволить мошенничество в банках. Давно пора покончить с этим. Это именно то, на чем США и другие правительства должны сосредоточить внимание, а не на бессмысленных призывах к "прозрачности" или к "справедливости" трейдерских бонусов".

С выводом Энгдаля согласен и Майрон Шоулз, "отец" производных финансовых инструментов, который получил Нобелевскую премию в области экономики в 1997 году за изобретение модели биржевых опционов, что вернуло финансовые деривативы 1970-х годов. Щоулз заявил, что деривативы, торгуемые вне бирж, должны исчезнуть. Выступая в Школе бизнеса Йоркского университета Стерна, он сказал, что "решение состоит в том, чтобы действительно взорвать или сжечь" внебиржевой рынок и начать все сначала. В то, что необходимо взорвать Шоулз включил деривативы на акции, процентные свопы и кредитные дефолтные свопы, которые должны быть затем перемещены на регулируемые рынки.

Недостаточный контроль над финансовой сферой (14)
Международный валютный фонд в одном из своих пресс-релизов отметил, что причиной столь глубокого кризиса стал недостаточный контроль за финансовым сектором и отсутствие понимания всего масштаба рисков при работе со структурированными финансовыми инструментами. Признаем, что и сам МВФ не без греха. Д.Голубовский подчеркнул следующее: "Каждый прогноз МВФ, в котором пересматриваются перспективы мировой экономики, выходит хуже предыдущего, и это дважды плохо: плохо то, что ситуация скоро станет еще хуже, и плохо то, что эксперты фонда не в состоянии реально оценить, насколько все на самом деле плохо".
Известный миллиардер Уоррен Баффетт считает, что вина за разразившийся ипотечный кризис лежит на банках: "Банки взяли на себя слишком большие риски и большую ответственность. Это только их вина, и незачем искать других виноватых" (27.05.2008). Лауреат Нобелевской премии по экономике П.Кругман отметил: "Весь этот сектор высоких финансов оказался попросту деструктивным, и во многом это связано с регулированием. Финансовый сектор разбухал, и соответственно также росло его политическое влияние. То есть, дерегулирование привело к чрезмерно раздутым финансам, что привело к дальнейшему дерегулированию, и это породило того монстра, что сожрал мировую экономику".

Недостаточный контроль над финансовым рынком признается в качестве одной из причин кризиса. Но более широкий круг аналитиков считает, что одна из главных причин кризиса – это кризис регулируемости глобальных рынков. Но вначале необходимо отметить дезорганизующую деятельность рейтинговых агентств.

Дезорганизующая деятельность рейтинговых агентств (15)
Широкий круг аналитиков считает, что одной из причин текущего мирового кризиса стала дезорганизующая деятельность рейтинговых агентств. Исполнительный директор частного инвестфонда Blackstone Group LP Стивен Шварцман обвинил в кризисе рейтинговые агентства. Именно они давали компаниям рейтинг "AAA" и заслуженно попали в центр интенсивной критики за оценку сложных облигаций, которые позже значительно упали в цене и привели к глобальным проблемам. Действительно, пенсионные фонды и фонды, ориентированные на денежный рынок, покупали ценные бумаги с рейтингом AAA, обеспеченные ипотеками с самым высоким уровнем риска, поскольку они предлагали более высокие доходы, чем государственные облигации с такими же рейтингами.

Генеральный директор инвестиционного банка Lazard Брюс Вассерштейн написал в Wall Street Journal следующее: "Нынешний опыт, позволяет извлечь несколько уроков на будущее. В ходе нынешнего кризиса выяснилось, что "управление рисками" - это голый король. Дискредитированы сотни людей с учеными степенями, занимающих должности в сфере управления рисками. Защитные механизмы, такие как стоимостная мера риска Value At Risk, которые, по замыслу, должны были прогнозировать риск в портфеле активов, оказались бесполезными. Механизмы финансового контроля продемонстрировали свою неадекватность". Вассерштейн отмечает: "В эпицентре бури находятся рейтинговые агентства. О чем они думали? В ситуации краха рынка жилья, вероятность которого выглядела вполне правдоподобной, как могли ценные бумаги с рейтингом AAA оказаться заслуживающими такой оценки? Этого не могло быть, и не должно было случиться,.. Именно эта оценка вовлекла финансовые институты всего мира в создание мыльного пузыря. Спрос породил тягу к новым продуктам и стал двигателем таких "инноваций" как ссуда, выдаваемая без документов, подтверждающих платежеспособность".

Известный аналитик У.Энгдаль выделил следующее: "Второе по величине рейтинговое агентство в мире Standard & Poors заявило в октябре 2007 года о том, что они "недооценили масштабы мошенничества в ипотечной индустрии США". Как смешно было бы это признание ими последствий своей преступной халатности, если бы все это не было столь трагичным для миллионов американцев. Алан Гринспен пытался вяло оправдаться, утверждая, что было неправильным не кредитование неплатежеспособных заемщиков, а лишь последующая секьюритизация кредитов. Сама система, над созданием которой они работали на протяжении десятилетий, исходила из мошенничества и непрозрачности". Приведем еще одно типичное высказывание: "Пенсионные фонды и фонды, ориентированные на денежный рынок, покупали ценные бумаги с рейтингом AAA, обеспеченные ипотеками с самым высоким уровнем риска, поскольку они предлагали более высокие доходы, чем государственные облигации с такими же рейтингами. В ряде случаев рейтинговые агентства получали плату от инвестиционных банков, продающих облигации, что заставляет регуляторов и законодателей сомневаться в независимости их оценок" (К2Kapital).

Деятельность кредитных рейтинговых агентств привлекла к себе всеобщее внимание и стала предметом расследования. В ходе расследования деятельности кредитных рейтинговых агентств американская Комиссия по ценным бумагам и биржам (Securities and Exchange Commission) установила, что компании неадекватно управляли конфликтом интересов и нарушали внутренние процедуры, присваивая высокие рейтинги ипотечным облигациям (Bloomberg). Длившееся 10 месяцев расследование деятельности агентств Moody's Investors Service, Standard & Poor's и Fitch Ratings показало, что аналитики участвовали в дискуссиях об оплате и обсуждали с клиентами конкретные рейтинги. "Мы обнаружили серьезные недостатки в работе этих компаний, - заявил председатель SEC Кристофер Кокс. - Когда не хватало сотрудников, чтобы адекватно выполнять задачи, компании порой шли на нарушения" (09.07.2008).

М.Хазин так описал влияние рейтинговых агентств: "С 1981 года прошло довольно много лет, и вся финансово-экономическая система перестроилась в рамках "рейганомики". Это значит, что, исключая финансовые спекуляции, которые, по большому счету, экономикой никогда не были, все коммерческие структуры так или иначе должны были решать две основные задачи: как подобраться к эмиссионным деньгам для того, чтобы получить как можно более дешевые средства на развитие и как обеспечить доступ к эмиссионным деньгам для своих потребителей, чтобы максимально увеличить рынки сбыта. Именно в рамках решения этих задач выросла вся система близких к Уолл-стриту и ФРС США аудиторских, консалтинговых и рейтинговых компаний: именно они давали главный "сигнал": вот эти – "наши", им можно давать дешевый кредит. А вот "те" - чужие, им дешевых денег давать нельзя". Н.Рубини подчеркнул: "Инвесторы, которые покупали MBS и CDO, были жадными и верили вводящим в заблуждение рейтингам".

М.Хазин выделил существенное "В США, которые в августе 2007 года начали реструктуризацию своей собственной финансовой системы, начались серьезные проблемы. В частности, в марте этого года стало понятно, что внешняя (с использованием рейтинговых агентств) система оценки финансовых рисков работать фактически перестала". Помощник президента РФ А.Дворкович отметил: "В США в этом году и в следующем ожидается дефицит бюджета 10% ВВП. Еще недавно о такой цифре нельзя было бы говорить вслух. Страна с таким дефицитом, да еще и держащимся несколько лет, автоматически бы получила рейтинг ниже инвестиционного. А у США по сию пору рейтинг "ААА". Это иллюстрация к тому, что сейчас ни в чем нельзя быть уверенным, никаким оценкам верить нельзя, и все рейтинги дискредитированы. Это одна из причин, по которым частные инвесторы не могут инвестировать".
М.Хазин подчеркнул: "Рейтинговые агентства – это маяки, которыми нынешняя финансовая элита показывает куда инвесторам "плыть", то есть вкладывать свои активы, можно, а куда – не нужно. Но рейтинги показали настолько масштабную свою неадекватность, что инвесторы просто не могут им верить. И это не только проблема инвесторов, которые от этого начнут быстро разоряться. Это еще и проблема элиты, которая утрачивает главный инструмент управления рынками и их участниками". Хазин поставил корректные вопросы, которые требуют ответа: "А кто при этом будет нести ответственность за введение инвесторов в заблуждение в предыдущие десятилетия? Аудиторы? Банкиры? Рейтинговые агентства? И какая это будет ответственность, персональная или корпоративная? Потому что если ответственности не будет, то ни о какой транспарентности и речи быть не может – те, кто делал деньги на откровенном вранье, будут и дальше пытаться вести такую политику, если их жестко не наказать". На данные вопросы ответа нет.

Кризис доверия.
Профессор Йельского университета Р.Шиллер отметил, что одна из ключевых причин этого кризиса – психология людей, их спекулятивная ментальность. В.Симчера акцентирует внимание на следующем: "Если говорить научным языком, то основным источником кризиса является кратное превышение обязательств по сравнению с активами. Ни контроля за обязательствами, ни инвентаризации активов в мире не существует уже после Великой войны 1914-1918 годов. Нет органа, который хотя бы внешне этот контроль осуществлял и эту инвентаризацию проводил. Уже Финансовый комитет Лиги наций в промежутке между двумя мировыми войнами эти функции осуществлял только для вида, формально. Всё пущено на самотёк. И обязательств набрано в десятки, в сотни раз больше, чем существует активов во всем мире. Поэтому налицо всеобщий кризис доверия - и не надо было доверять, задним числом. Но все играли в азартные финансовые игры с надеждой на выигрыш. И доигрались". М.Идов напомнил: "Есть такая чудесная теория — "цикл Мински". Американский экономист Роберт Мински разработал модель, отслеживающую поведение инвесторов во времена экономического благополучия. Грубо говоря, чем лучше дела, тем глупее люди себя ведут. В первые годы после депрессии инвестициями занимаются люди, у которых достаточно денег, чтобы покрыть все долги — даже если ценность их вложений упадет до нуля. Через пару лет на свет появляется второй тип вкладчика — средний класс, который может до бесконечности выплачивать проценты давшему заем банку, но никогда не наберет денег на погашение самого займа — и помрет с тем же долгом, но в красивом особняке; миллионы американцев относятся к этому типу. Если же период благополучия затянулся, к кормушке подтягивается совершенно безумный типус, который занимает деньги на авось и вкладывает их наобум: цены-то на все продолжают расти. Именно этот персонаж и является буревестником следующей депрессии. Когда таких персонажей набирается критическая масса, начинаются дефолты и возникает, как в США этим летом, кризис ликвидности".
П. Уильям Сидмэна отметил существенное: "Если вы до конца разобрались в нашей финансовой системе, то вы поняли, что вся она зиждется на доверии и ни на чем другом … если подрывается доверие, то все остальное подрывается очень быстро”. Аналитик Ст.Кинг подчеркнул: "Важно признать тот факт, что быстрого решения не существует. Мы наблюдаем подрыв доверия внутри финансовой системы по различным аспектам, которые сами по себе не дают простых ответов".

Кризис регулируемости глобальных рынков. (16)
The New York Times констатировал: "Финансовый крах застал регулятивные органы врасплох, и с тех пор спасение компаний проводится за счет средств налогоплательщиков". Джордж Сорос выделил существенное: "Неудовлетворительный характер нынешней архитектуры стал совершенно очевиден в ходе мирового финансового кризиса, который возник в Таиланде. Один из ее недостатков — отсутствие адекватного международного органа надзора и регулирования". Д.Сорос отметил "Что касается регулирования – нужно осознать, что старая теория является ложной, и рынки на самом деле склонны к появлению пузырей. Рынки создают пузыри, следовательно, они должны регулироваться".

Р.Райтер отметил: "Кризис субстандартного кредитования и сопутствующие ему проблемы появились по ряду причин: дешевые деньги, неправильная оценка риска, мотивация банков перекошена. И основная масса регулирующих органов была в курсе происходящего. Пока все в порядке, неважно, насколько эффективна система предупредительных сигналов и оповещений, поскольку на них все равно никто не обращает внимания. Это так называемый синдром Soci?t? G?n?rale. И, почему кто-то должен ожидать, то МВФ услышит исходящие от Northern Rock сигналы бедствия, которые не приняли во внимание ни Казначейство, ни Управление по финансовым услугам?" (Times Online).

Премьер-министр Китая Вэнь Цзябао считает, что правительствам надо соблюдать баланс между инновациями и регулированием, а также между сбережениями и потреблением: "Нам нужны нововведения в финансовой сфере, но еще больше мы нуждаемся в финансовом регулировании". Бывший председатель Федеральной резервной системы США Пол Волкер заявил: "Существует редкое единство мнений по поводу того, что регулирование и контроль следует реформировать. Нынешняя ситуация ярко иллюстрирует необходимость реформ" (06.10.2008).
Л.Саенко отметила незадолго до "черного понедельника" характерный пример отсутствия регулируемости рынков: "Аналитики Уолл-стрит не могут найти объяснения, отчего фондовый рынок в четверг обвалился вопреки падению цен на нефть, что традиционно двигает рынок вверх, и в отсутствие значимых негативных новостей. Индекс Dow Jones Industrial average по итогам торгов на Нью-йоркской фондовой бирже (NYSE) упал на 344,65 пункта или почти 3% до отметки 11188,23 пункта, потянув вниз все основные фондовые индексы. При том, что цены на нефть на Нью-йоркской товарной бирже (NYMEX) продолжили тренд падения, потеряв 1,46 доллара за баррель и остановившись на отметке 107,89 доллара за баррель нефти sweet light, самой низкой за последние пять месяцев. "Никто не знает, почему Dow упал сегодня на 345 пунктов", - заявил Питер Кохэн (Peter Cohan), президент Peter S. Cohan & Associates и редактор аналитического издания The Cohan Letter. В комментарии он пишет, что в этот день не было никаких весомых причин для падения, и, скорее, по традиционным экономическим законам рынок должен был двигаться вверх на резком снижении цен на нефть. "Когда нефть была 145 долларов (за баррель), все кричали об инфляции. Когда стала 105 долларов, все кричат - "где же спрос?" Впечатление, что рынок не может быть довольным ни при одном из трендов", - недоумевает трейдер Voyageur Asset Management Райан Ларсон. Кохэн считает, что более слабые продажи некоторых крупнейших розничных сетей компенсировались ростом в других сетях розничной торговли, а увеличение безработицы стали настолько рутинной новостью в течение нынешнего года, что само по себе не могло бы опрокинуть рынок".

С.Егишянц в одном из своих еженедельных обзоров также обратил внимание на нерыночное поведение рынков: "Главная же неприятность заключается в том, что денежные рынки вообще перестали реагировать на телодвижения властей! Фед удвоил размеры своих чрезвычайных программ раздачи денег банкам – ноль эмоций. Казначейство обещает залить всю денежную систему (включая и сам центробанк) свежими долларами – ему не верят. ФРС создаёт Службу финансирования коммерческих бумаг (CPFF), которая займётся покупкой у финансовых компаний уже вовсе необеспеченных облигаций (раньше брали хоть под залог активов, пусть даже и сомнительного качества) – никакой радости на рынках. Полсон начал работать над реализацией принятого неделю назад плана своего имени – но рынок лишь презрительно фыркал… Официозные источники захлёбывались от восторгов насчёт "сильнейшего удара по кризису" - но финансовые рынки после очень непродолжительного раздумья решили совершенно иначе". Нуриэль Рубини также косвенно подтвердил наличие проблем в сфере регулирования: "Я верю в рыночную экономику. Но я также верю в то, что рыночные экономики иногда приводят к рыночным крахам, и когда это происходит, самое время применить осмотрительное, но не чрезмерное регулирование финансовой системы".

Кризис регулируемости не будет полным без упоминания о секъюритизации. Ян Морлей в The Financial Times отметил следующее: "В самый разгар событий регулирующие органы начинают спешно латать систему безопасности Титаника (но он все равно тонет, не взирая ни на какие усилия). Жадность и глупость - вот что ведет к гибели, но именно это и неподвластно усилиям регулирующих органов. Риск недобросовестности возникает в том случае, когда во взаимосвязях риска и прибыли возникает перекос - как правило, одному человеку прибыль, а другому - риск. Именно в этом и кроется проблема кредитного кризиса и субстандартной ипотеки. Именно это лежит в основе всех финансовых проблем. Они просто называются по-разному, чтобы застать нас врасплох. Они, как генералы, планирующие новую войну, с учетом опыта, полученного в предыдущей; но проигравшие сражение генералы получают медали, а банкиры получают спасательный круг". О системном "уничтожении рисков" посредством секьюритизации подробно писалось в работе "Банковский кризис и "мировая финансовая архитектура". Напомним, что "под "секьюритизацией" подразумевалась практика сбрасывания кредитов (вместе с рисками) с баланса банков немедленно после выдачи кредитов. Сбывая кредиты в "секьюритизированных" пакетах, банки получали новые наличные средства, что позволяло практически мгновенно предоставлять новые кредиты – исключительно для того, чтобы их также "секьюритизировать" и сбыть, и так далее. Таким образом "структурированная секьюритизация" рассматривалась как универсальная схема для "уничтожения" риска, ускорения финансового оборота и быстрого извлечения прибыли – по существу как аналог лицензии на печатание денег" (М.Либиг).

Отметим, что многие аналитики не согласны с тем, что в мировых СМИ текущий мировой кризис позиционируется как кризис регулирования. Так М.Хазин убежден, что "попытка представить нынешний кризис как кризис регулирования есть специальная операция дезинформации, направленная на закрытие реальных причин кризиса от широкой экспертной, политической и бизнес-элиты".

Причина кризиса – глобализация? (17)
Интеллектуалы различных стран мира убеждены в том, что глобализация несет с собой новые риски.. Р.Шиллер убежден, что “глобализация неизбежно влечет за собой рост нестабильности, а поэтому важно напрячь воображение и поразмыслить как о рисках, так и о возможностях, которые несет нам глобализация”. Х.Селдон считает, что "Современный перманентный системный кризис мирового хозяйствования свидетельствует о жестокой и бескомпромиссной борьбе глобализации и антиглобализма: геоэкономического единства против геокультурного разнообразия". К.Дервиш, администратор Программ развития ООН, призывает к управлению глобализацией: "Растущая взаимозависимость между странами и те вызовы, которые несет с собой этот процесс, ставят перед нами вопрос об организации более эффективного управления глобализацией – управления, которое будет отличаться новыми уровнями сотрудничества между субъектами общественного и частного секторов, между государствами и глобальными рынками".
В начале ХХI века С.Мальцев предположил: "Мало кто сегодня понимает, что глобализация экономики предполагает и глобализацию кризисов. Это приведет к практически мгновенному распространению кризисных явлений по всему миру..." Известный российский экономист, директор Института проблем глобализации М.Делягин выделил следующее: "Наибольшее впечатление производят глобальное телевидение, "финансовое цунами" спекулятивных капиталов, сметающее и воздвигающее национальные экономики, первый кризис глобальной экономики в 1997-99 годах…" В.Максименко предположил: "Объективный характер этих глобальных процессов таков, что с ними, по-видимому, бессильно справиться мышление, ограниченное мировоззренческими схемами "глобального управления" прошлого века". Стивен Роуч считает, что "отсутствие монетарной дисциплины привело к бесконтрольной глобализации".
Немецкий интеллектуал М.Либиг фиксирует: "В качестве другого критерия различия между Великой депрессией и сегодняшним кризисом применяют все еще модное понятие "глобализация". В соответствии с наиболее распространенной концепцией "глобализации", беспрецедентное взаимопроникновение финансовых и хозяйственных рынков должно непременно привести к распространению финансового кризиса из США по всему миру. Из представления о том, что американская экономика якобы является мотором, движущим всю глобализованную систему, напрашивается вывод о том, что если кризис в США не удастся преодолеть в самое ближайшее время, то он поразит весь мир через финансовые, информационные, психологические и торговые связи".
Н.Амосова отметила: "В последнее время обострилась проблема негативных последствий глобализации для банковской системы, экономики и социальной сферы отдельных стран и целых регионов. Постепенно становится очевидным, что степень открытости национальных экономик должна соответствовать уровню развития их банковской системы и качеству функционирования институтов внутреннего регулирования". Амосова считает, что "финансовая глобализация проявляется не только в повышенной трансграничной мобильности капиталов, но и в исчезновении границ между различными финансовыми функциями. Например, в дополнение к своим традиционным функциям финансовых посредников банки все чаще берут на себя функции операторов на фондовых и валютных рынках, как в собственных интересах, так и по поручению клиентов. В результате основная функция банков – инвестирование, сопровождаемое созданием рабочих мест и реальных активов, в значительной мере вытесняется финансовыми операциями спекулятивного характера". Н.Амосова делает вывод: "С углублением процессов глобализации и ростом общей нестабильности рынков уровень рисков банковской деятельности возрастает".
В работе "Глобализация: этапы глобализации, доллар-глобализация, кризис-глобализация или процесс глобализации глазами мыслящих глобально" было отмечено, что важнейшим промежуточным итогом мирового кризиса необходимо признать "исчезновение" символа глобализации под названием "вашингтонский консенсус". Дж.К.Гэлбрейта отметил, что "доктрина, известная под названием "Вашингтонский консенсус", была по своему характеру неким символом веры глобализации. В ней отразились уверенность в том, что рынки действуют эффективно, что отсутствует потребность в их управлении со стороны государства, что между бедными и богатыми не существует конфликтных интересов, что дела идут наилучшим образом, если в них не вмешиваться...".

Аллен де Бенуа выделил следующее: "Современный кризис является еще и кризисом либеральной мондиализации. Пагубное влияние американского ипотечного кризиса на европейские рынки и есть тот ядовитый плод мондиализации, который долгое время выращивали финансовые колдуны. Он является прямым результатом сорока лет снятия всех ограничений, проводившегося по либеральным рецептам. В конечном счете, идеология нерегулируемости и породила американскую сверхзадолженность, как до этого она породила мексиканский (1995 г.), азиатский (1997 г.), российский (1998 г.) и аргентинский (2001 г.) кризисы. С другой стороны, глобализация создала положение, при котором крупные кризисы распространяются в планетарном масштабе, не встречая сопротивления, по выражению Бодрийяра, "вирусным путем". Аллен де Бенуа иронично отметил: "Чрезвычайно комично наблюдать тех, кто до сих пор голосил о благодеяниях "невидимой руки" рынка и о ценностях "саморегулирующегося рынка" ("только сам рынок должен регулировать рынок", – читали мы в Financial Times), а сейчас обращается к властям и требует рекапитализации, если не фактической национализации финансовых компаний. В этом заключается старый принцип либерального лицемерия: приватизация доходов и обобществление убытков. Давно известно, что главные защитники либеральной экономики США не брезгуют прибегать к протекционизму, когда это служит их интересам".

С.Лунев считает, что глобализация – это своеобразная форма неоколониализма: "Глобальный рынок контролирует колонии гораздо более эффективно и менее затратно, чем в недалеком прошлом. Сегодня ему достаточно контролировать мировую финансовую систему, рынок вооружений, высокие технологии, средства массовой коммуникации, цены на сырье, рынки сбыта, что бы определять внутреннюю и внешнюю политику подконтрольных стран. Надо отдать должное западным корпорациям, что они добились практически полного контроля над всеми развивающимися странами". Аналогичной позиции придерживается и М.Муравьев: "Идея свободной, глобальной торговли на самом деле колониальная идея. Я думаю, все понимают, что будет, если например третьеклассника выпустить против Майка Тайсона. Наши экономисты Гайдар, Чубайс когда это всё запускали, говорили, ну они подерутся и он станет сильнее, это свободная конкуренция. Когда приходит General Motors против нашего АвтоВАЗа или против нашего ГАЗа. Говорит, ну они подерутся, и наш ГАЗ станет сильнее… если Майк Тайсон встретится с таким шпингалетом, он убьет его с первого удара. Поэтому идея глобальной торговли это идея колониальная".

Д.Голубовский убежден: "В существующих сегодня условиях нужна не гиперглобализация финансов – она только ухудшит сегодня положение вещей, потому что нынешний кризис – это кризис, порожденный тем уровнем неконтролируемой глобализации, который уже есть сегодня. Для гиперглобализации нужен еще больший контроль, а контроля и регулирования не хватает даже для существующего уровня глобализации. Сегодня нужна, напротив, региональная гибкость". И с данной позицией необходимо согласиться.

М.Цветова, анализируя состояние глобального финансового рынка, выделяет следующее: "В этот раз финансовый цунами сформировался на американском континенте. В США число потенциальных заемщиков-банкротов к концу этого лета выросло до критического уровня. Это факт обеспокоил аналитиков, и они начали бить во все колокола, ведь на ипотеке в самой развитой экономике мира построена огромная финансовая пирамида. Для того, чтобы выдавать больше жилищных кредитов, банки выпускают ипотечные облигации и успешно размещали их на рынке. Одновременно инвестбанки и хедж-фонды (как правило, на заемные средства) в последние годы активно наращивали в своих портфелях долю деривативов - сложных производных ипотечного (и фондового) рынка, рассчитанных на будущие доходы от ипотеки". Стэнли Хоффман считает: "Глобализация не является ни неизбежной, ни непобедимой. В большой мере она - американский продукт... Поэтому глубокий и затяжной экономический кризис в США может оказать на глобализацию такое же разрушительное действие, как Великая Депрессия".

Несоответствие статуса США новым глобальным вызовам. (18)
По мнению президента России Д.Медведева, к кризису "привел, прежде всего, экономический эгоизм ряда стран… Сегодня этот кризис грозит подорвать устойчивость мирового развития". Медведев подчеркнул: "Именно несоответствие формальной роли Соединенных Штатов Америки в мировой экономической системе ее реальным возможностям и было одной из центральных причин текущего кризиса". Д.Голубовский выделил существенное: "Качество для капитала – это предсказуемость финансовых рисков на рынке. Именно эта предсказуемость на сегодняшний день напрочь отсутствует в США, и стремительно таящий авторитет "финансовых гуру" вкупе с остатками кредита доверия к рейтинговым агентствам не могут быть сегодня основой для рациональной веры в силу американской экономики".

На сегодняшний день статус США определяется следующим:
• Мировая валютно-финансовая система – это система, базирующаяся на долларе, одновременно являющимся национальной валютой США
• ФРС США определяет масштабы эмиссии мировой резервной валюты – доллара.
• США – государство с самым большим государственным долгом, причем, рынок госдолга является важным элементом мировой валютно-финансовой системы.

Аллен де Бенуа акцентирует внимание на следующем: "Не стоит упускать из виду, что источником кризиса являются США, страна огромного бюджетного дефицита, непрерывно растущего внешнего долга и колоссального торгового дефицита. На протяжении десяти лет рост американской экономики обеспечивался не увеличением реального производства, а ростом долга и монетарной ренты в результате мирового доминирования доллара. Общая задолженность (государственный долг + задолженность домохозяйств + долг предприятий) составляет сейчас 13 000 миллиардов долларов, что равняется 410% ВВП, а принятие плана Полсона приведет к дальнейшему росту дефицита". Приведем типичное высказывание о перспективах США. Т.Азимов: "Главная цель США - не забота о демократии, не новые энергетические возможности, а оттягивание неизбежного по всем земным законам экономического коллапса. Политика США похожа на локомотив, у которого отказали тормоза, к тому же на спуске. Остановить трагедию может только чудо".

Приведем и алармисткий взгляд на США. Д.Голубовский считает, что "США, как государство, окончательно превратились в финансовую пирамиду. Сегодня это – государство-Enron или, если хотите, государство-МММ". Аналитик Л.Пайдиев отметил: "В моменты спада и даже стагнации деньги высвобождаются, начинают дешеветь. Нужны ликвидные ресурсы для их поддержания. Если их нет - инфляция. Инфляция всегда грозит опрокидыванием эмиссионной пирамиды. Эмиссионная пирамида страдает от тех же рисков, что и пирамида МММ". Л.Пайдиев акцентирует внимание на том, что "эмиссия даёт прибыль лишь в момент печатанья денег, а потом требует только затрат. Но близость к такой эмиссионной машине даёт огромное конкурентное преимущество в самом прибыльном виде бизнеса - инвестиционный банкинг и страхование. В моменты кризиса ФРС печатает доллары и спасает фондового спекулянта, инвестиционного банкира и страховщика".
Л.Пайдиев напомнил следующее: "В 2000 году спад на фондовом рынке, кризис мировых рынков высвободил долларовую массу. В этот же момент Правительство США начало стимулировать экономику печатанием денег. Такая политика всегда помогала США первыми выйти из кризиса. Инфляционный эффект в этом случае был невелик: рост мировой экономики и торговли требовал увеличения долларовой массы для обслуживания растущего объема расчётов. Неизбежный небольшой уровень инфляции перекладывался на нерезидентов. Но впервые ситуация изменилась: Во-первых, появилась альтернативная мировая валюта - евро. И нерезиденты не захотели и не смогли брать на себя бремя инфляции. Спрос на доллары упал, безинфляционная эмиссия стала невозможной. А затраты на поддержание эмиссионной пирамиды с США никто не снимал. Во-вторых, в США накопилось слишком много проблем, которые провоцируют кризис и требуют больших вложений для своего купирования". Л.Пайдиев выявил главную проблему США – начавшуюся конкуренцию "эмиссионных машин": "Финансисты поняли, что в ХХI веке выживет лишь имеющий за собой собственную эмиссионную машину. И финансисты потребуют доступа к ней. И эти вызовы США должны купировать. Такой вызов сейчас бросила Европа, а завтра Китай".
М.Хазин постоянно подчеркивает: "Значительная часть экономики США существует лишь постольку, поскольку есть внеэкономическое, эмиссионное стимулирование спроса". И данная позиция никем не опровергается. Д.Голубовский отметил следующее: "ФРС перестала сидеть сложа руки и стала тушить панику эмиссией. Ведущие центробанки других стран подключились к этому немедленно и ФРС стала предоставлять иностранным центробанкам свопы фантастических объемов до $ 620 миллиардов долларов. Объем эмиссии в этот период стал составлять сотни миллиардов долларов ежедневно! Консорциум крупнейших американских банков создал фонд в $ 70 миллиардов для экстренной помощи нуждающимся коллегам, но и это ничему не помогло – паника не стихала. Возникла ситуация, в которой финансовые власти США, фактически, заменили собой всю кредитную систему, выпустив для этого в оборот колоссальную денежную массу. Государственный долг США с 9/18 по 10/2 вырос более чем на $ 500 миллиардов до такой суммы, которая уже не вмещается на знаменитом табло Тайм-Сквер".
Не стоит выводить из фокуса экспертного внимания и исчерпанность "точек роста" в экономике США и начавшийся спад в экономике данной ведущей страны мира. Не менее важный признак энтропии статуса США - неуклонный рост внешнего долга. Е.Ясин отметил: "Растущий американский долг – это очень неприятная тенденция, которая обесценивает валютные резервы других стран и заставляет их поддерживать дефицит госбюджета США". У.Энгдаль категоричен: "Долларовая система, служившая основой экономики со времени Бреттон-Вудских соглашений 1944г., вступила в период агонии. Все меры, осуществлявшиеся Бушем, Обамой и другими руководителями G7, были направлены на попытки лечения умирающего пациента все большими и большими дозами химиотерапии. Увеличивающиеся дозы финансовых вливаний за счет налогоплательщиков, призванные поддержать искусственную жизнь этого больного, однако, лишь ухудшили состояние американской экономики. Финансовые вливания в экономику США, осуществлявшиеся на протяжении последних десяти месяцев, увеличили федеральный долг США с 60 до 80% ВВП. Долг домохозяйств превышает 100% от ВВП. Это самый худший показатель за всю экономическую историю Америки. Даже во время рецессии 1974г. совокупный долг домохозяйств не превышал 40% ВВП".

Немецкий аналитик М.Либиг убежден, что необходима альтернатива: "Американскому способу "борьбы с кризисом" – а именно, раздуванию государственного долга до 11 триллионов долларов для стимуляции потребления, а не для внедрения инновационных общественных инвестиций; а именно, превращению Федерального резерва в гигантский "плохой банк" для "токсичных отходов" частных банков; а именно, оплате этих "отходов" в буквальном смысле свеженапечатанной валютой и скупки подобным же образом гособлигаций, которые никто больше не хочет покупать". Экономист Е.Гильбо иронично отметил: "ФРС и банки эмитируют триллионы долларов и раздают часть своим хозяевам, а часть – политкорректнозадым получателям вэлфера, чтобы те могли построить себе дома. Затем вся денежная масса обесценивается – и у тех, кто получил её на халяву, и у тех китайских, русских или арабских лохов, которые обменяли её на реальные ресурсы, перешедшие к этим паразитам. Таким образом, получатели эмитированных денег обогащаются за счёт остального мира, который начинает голодать".

Академик РАН С.Глазьев акцентирует внимание на взаимосвязанности статуса США со статусом доллара: "Современная архитектура глобальной валютно-финансовой системы характеризуется центральным положением доллара США, выполняющего функции мировой резервной валюты. Это положение стало следствием политического и экономического доминирования США в несоциалистическом мире в годы холодной войны, которое позволило ФРС США де-факто присвоить себе функцию монопольной эмиссии мировой валюты. Американский доллар приобрел этот статус в 1971 г. после одностороннего отказа США от выполнения своих международных финансовых обязательств по обмену доллара на золото по официальному курсу. Вследствие этого "валютного дефолта" была разрушена действовавшая после войны Бреттон-Вудская валютно-финансовая система, предполагавшая привязку валют ведущих несоциалистических стран к золоту и их эквивалентный обмен. С тех пор обмен перестал носить эквивалентный характер, так как обменные курсы валют потеряли объективную меру и стали складываться исключительно под влиянием соотношения спроса и предложения. При этом центральное положение доллара США, фактически заместившего золото в качестве всеобщего эквивалента, поставило всю глобальную валютно-финансовую систему в зависимость от эмиссии этой валюты. Последняя ведется исходя из потребностей США без учета интересов других стран, что делает всю мировую систему зависимой от американской денежной политики. Углубляющийся кризис глобальной валютно-финансовой системы является закономерным следствием действующего в США механизма денежной эмиссии".

Известный американский экономист Н.Рубини предположил, что США движется по траектории, очерченной Британской империей в период своего падения: "Англо-саксонская экономическая и финансовая модель серьезно уязвлена, и роль США в качестве ведущего глобального экономического, финансового и даже геостратегического суперигрока снижается. Экономические и финансовые сверхдержавы и империи, как правило, являются чистыми кредиторами, и чистым кредитором (пополняющим сальдо счета текущих операций), например, была Британская империя на ее пике. Но такие империи утрачивают свой статус - Британский фунт в роли ведущей мировой валюты утратил эту позицию во время Второй мировой войны, когда Великобритания стала крупным чистым должником и чистым иностранным заемщиком (пополняющим дефицит по счету текущих операций), и крупным держателем бюджетного дефицита. США в настоящее время являются крупнейшим чистым заемщиком в мире (огромный дефицит по счету текущих операций), а также крупнейшим чистым должником в мире, а его внутренний бюджетный дефицит растет слишком резко". У.Энгдаль предположил: "США все еще является политическим и экономическим господином мира. Сеть их военных баз покрывает все регионы. К ним все еще прислушивается весь остальной мир. Однако закат Американской империи уже близок. И начинается он так же, как и закат Испанской империи в 17в. и Британской в 20-м с обвального роста долгов". И данная перспектива представляется естественно - исторической.

Исчерпанность доллара как мировой резервной валюты. (19)
"Нынешний кризис является не только крахом после жилищного бума; это, в сущности, конец 60-летнего периода продолжительной кредитной экспансии, основанной на долларе как резервной валюте", - заявил в январе 2008 года инвестор-миллиардер Джордж Сорос на Международном экономическом форуме в Давосе в Швейцарии. Лауреат Нобелевской премии по экономике Дж.Стиглиц отметил: "В настоящее время резервная система находится в процессе "износа". Доллар не является хорошим убежищем для сохранения стоимости. Сейчас доллар не приносит почти никакого дохода и содержит высокую степень риска" (21.08.2009).
Отметим, что исчерпанность доллара как мировой резервной валюта стала обретать в ходе текущего мирового кризиса вполне определенные институциональные признаки. 23 марта 2009 года глава Центробанка Китая Чжоу Чжаочуань призвал МВФ расширить использование СДР и сделать первые шаги к созданию "сверхсуверенной резервной валюты". Необходимо признать, что данное событие, безусловно, займет свое место в Истории. Но какое именно место займет это событие, зависит от будущего. Чжоу Чжаочуань высказал следующую позицию: "Для международной финансовой системы желательно создать наднациональную резервную валюту, не привязанную к отдельным странам и сохраняющую стабильность в долгосрочной перспективе".

Представляется, что данное событие должно занять достойное место в истории доллара США. В работе "Доллар США в истории человечества" было отмечено, что история доллара до 1913 года не представляет особого интереса. До 23 декабря 1913 года доллар – это обычная национальная валюта. Не более того. Выделим следующие даты трансформации доллара США:
• 23 декабря 1913 года – создание Федерального резерва, ныне известного как ФРС
• 5 марта 1933 года – третий дефолт экономики США
• 1-22 июля 1944 года – конференция в Бреттон-Вудсе, заложившая перспективу трансформации доллара в мировую резервную валюту
• 27 декабря 1945 года – создание МВФ, надгосударственного института, призванного всемерно поддерживать мировую резервную валюту - доллар
• 15 августа 1971 года – четвертый дефолт экономики США. Отказ конвертировать доллары, находящиеся за рубежом, в золото. Односторонний пересмотр международных соглашений, в т.ч., Бреттон-Вудских.
• 90-е годы ХХ века – становление "финансовой инженерии" и глобальное доминирование "Вашингтонского консенсуса"
• 23 март 2006 года – отказ властей США предоставлять информацию по М3. Данный показатель говорит о количестве долларов, находящихся в обращении по всему миру.
• 12 декабря 2008 года – отказ ФРС предоставлять информацию агентству Bloomberg о получателях более чем $2 триллионов кризисных займов из средств американских налогоплательщиков.
• 23 марта 2009 года – призыв Китая к МВФ расширить использование СДР и сделать первые шаги к созданию "сверхсуверенной резервной валюты".

Широкий круг аналитиков убежден в том, что в ходе текущего кризиса мы стали свидетелями "начала конца" эпохи доллара. В интервью журналу Newsweek Д.Сорос выделил начало конца американского доминирования в экономической сфере: "С окончания Второй мировой войны до сего момента мы находились в своего рода "суперпузыре", характеризовавшимся кредитным расширением на основе доллара как международной резервной валюты. Нынешний кризис знаменует конец этой эры. США столкнулись и с рецессией, и с отходом от доллара". Е.Гильбо напомнил: "Большую роль в 90-е играла огромная эмиссия долларов, создавшая многотриллионный пузырь необеспеченной американской валюты. По сути, эмиссия доллара при Клинтоне уравновешивалась не только экономическим ростом, но и в огромных масштабах импортом капитала в США. Об этом пузыре необеспеченной долларовой массы и говорили все провозвестники краха как о главном факторе риска обрушения экономики, валюты и всего жизненного уклада США".

М.Хазин считает, что "беды современной мировой финансовой системы идут от частного характера контроля над денежным обращением и как следствие, денежной эмиссии современной единой меры стоимости – американского доллара". Хазин акцентирует внимание на следующем: "Одной из главных коллизий современной экономической ситуации является противоречие между международной функцией доллара, которая требует его устойчивости, и его функцией национальной валюты США, которая позволяет доллар печатать в неограниченных масштабах, подрывая тем самым его функции на международной арене, но зато получая ресурсы для поддержания status quo в экономике США".
Российский экономист В.Юровицкий акцентирует внимание на том, что "доллары являются нелегитимными мировыми деньгами. Нет ни одного международного соглашения, которые бы конституциировали доллар в этом качестве. А значит, США не несут перед мировым сообществом никакой ответственности за свои действия в отношении своей национальной валюты, что отражается непосредственно и на мировой финансовой системе. Аналогично и мировое сообщество не несет никаких обязательств по отношению к доллару. Мир зависит от США и их управления долларовой денежной системой, но в свою очередь и США зависят от мирового сообщества и от его отношения к доллару. И все эти отношения никак не регламентированы, не узаконены, не кодифицированы".

Осознание приближения новой реальности можно найти у многих интеллектуалов. "Доллар и в самом деле – самый уязвимый участок "крепости Америка". Если тамошние финансовые власти не совладают с дальнейшим его удешевлением, если не возымеют действия мольбы к другим экономическим колоссам взять часть проблем на себя и особенно к Китаю – укрепить юань, то ведь не так уж далека черта, пройдя которую мир почувствует: лучше ужасный конец всеобщей долларовой зависимости, чем бесконечный ужас этих игр вокруг слабеющей глобальной валюты. И тогда доллар навсегда или на время перестанет быть глобальной валютой. Но это уже действительно будет другой мир" (С.Шелин). Представляется, что Первая глобальная Великая депрессия затронет не только доллар - иллюзорный эквивалент обмена, но и весь мир. "Никто из миллионов игроков (домохозяек, фирм и т.д.) не может отнести свои доллары прямо в Федеральную резервную систему и потребовать у нее взамен золота-серебра. Они все понесут "грины" в местные банки менять на местную валюту. Вся эта волна сбрасываемых долларов до США не докатится, а ляжет как валютные резервы в национальные банки" (А.Величенков).

В течение ближайшего десятилетия евро сменит доллар США в качестве ведущей мировой валюты. С таким прогнозом выступил профессор Гарвардского университета и бывший экономический советник президента США Билла Клинтона Джэф Френкель. В 2005 году Джэф Френкель и Мензи Чинн опубликовали фундаментальную работу, в которой на основе целого набора исторических финансово-экономических статистических данных сделали вывод, что евро оттеснит доллар США с позиций главной мировой валюты к 2022 году. Однако, в связи с ускорившимся в последние годы падением курса доллара и общего ослабления его стратегических позиций в результате роста государственной задолженности США перед Китаем и Японией, Фрэнкель считает, что крах доллара и утрата им статуса главной мировой резервной валюты произойдет к 2015 году.

Аналогичной точки зрения придерживается и лауреат Нобелевской премии в области экономики Джозеф Стиглиц. Выступая в прямом эфире радиостанции BBC, он отметил, что "в результате гигантского роста двойного дефицита США (бюджетного и текущего торгового баланса) происходит эрозия позиций доллара и его закат в качестве ведущей твердой валюты". Френкель и Стиглиц считают, что утрата американской валютой ведущего положения в мировой финансовой системе будет иметь самые негативные геополитические последствия для США (28.03.2008).
Аналитик С.Кинг отметил следующее: "Если Барак Обама и Бен Бернанке включат печатные станки, то предполагаемое падение стоимости доллара заставит владельцев казначейских облигаций на развивающихся рынках заняться своими убытками, выраженными в национальной валюте. Остальные страны начинают осознавать, что в случае крайней необходимости американские политики с радостью переложат бремя коррекции с внутренних должников на плечи иностранных кредиторов. Как отреагируют кредиторы? Будут ли они рассматривать печатный станок, как средство дефолта? Если да, то, что будет со статусом доллара, как мировой резервной валюты? В условиях этого нового нестабильного мира мы можем выйти на уровень совершенно новых экономических и политических отношений". М.Чандлер считает: "Инвесторов беспокоят две основные проблемы. Первая – это судьба доллара как расчетной валюты и основной меры в мировой экономике… Вторая проблема, которая беспокоит инвесторов, заключается в том, что агрессивная монетарная и фискальная политика США приведет к созданию инфляционных условий, которые подорвут ценность доллара". И с данной позицией необходимо согласиться.

Л.Пайдиев презентовал следующее видение: "Очень многие не хотят крушения доллара – ни китайцы, ни европейцы. Ибо это ввергнет в страшные бедствия их экономики и народы. В сохранении доллара заинтересованы страны с экспортно-ориентированной экономикой, среди которых и Япония, и Германия. Поддержка доллара – их сознательный выбор. Они идут для этого на большие жертвы, глотая плоды безответственности дельцов с Уолл-Стрит. Зря, что ли, Китай покупает так много долговых обязательств США? Или та же Германия отнюдь не по глупости ради помощи доллару проедает накопления пенсионной системы. (Похожая история – со скандинавскими странами). Желание спасти систему есть. И в ряду спасающих доллар стоит также Россия. Но мощности помощников США не хватает. Китай уже на пределе сил. Европе тоже плохо. По РФ не говорим – и так все ясно". Признаем, что данное видение наиболее корректно демонстрирует реальность осени 2009 года. Но данное видение не отрицает нарастания процесса дедолларизации мировой экономики. Ю.Баранчик отметил следующее: "Начались какие-то непонятные процессы брожения национальных элит по всему миру, квитэссенцией которых стал лозунг отказа от доллара, читай – от власти последнего мирового жандарма в лице США, народ стал чего-то суетиться, и США стали не успевать". Выделим основные формы дедолларизации:
• Уменьшение доли доллара в золотовалютных резервах (ЗВР) ведущих стран мира
• Выведения доллара из экономик критического числа суверенных государств (законодательное закрепление запрета на использование доллара в качестве платежа)
• Отказ от доллара в сфере межгосударственной торговли.
• Отказ от доллара в качестве универсальной шкалы измерения стоимости товаров на различных рынках
• Расширения валютных зон устойчивых валют (евро, юань…)
• "Отвязка" национальных валют от доллара (в мае 2007 года власти Кувейта приняли решение об отказе "привязки" национальной валюты к доллару).
• Перспективы создания новых надгосударственных валют и валютных зон (Unasur в Латинской Америке, динар Залива в GCC)
• Введение амеро, как радикальной формы дедолларизации мировой экономики (самозащита внутреннего американского рынка в условиях коллапса долларовой системы).

Также отметим, что процесс дедолларизации исторически предопределен в рамках генезиса денег. Доллар – это символ бумажных денег, а виртуальные деньги будут ассоциироваться в массовом сознании человечества, скорее всего, либо с глобальной резервной валютой, либо с ограниченным числом резервных валют.
Д.Голубовский предположил: "Прошлый аналогичный кризис, получивший название "Великая Депрессия", привел к отмене золота, как единой меры стоимости, сначала в США, а потом, – после Второй Мировой Войны, – и в международной торговле. Новой единой мерой стоимости стал доллар. Нынешний глобальный кризис, если подход к попыткам преодолеть его не изменится, приведет к аналогичному результату – доллар перестанет быть единой мерой стоимости, и его место займет что-то другое".

Вышеизложенное позволяет нам признать нынешний статус доллара и особенности его функционирования в мировой валютно-финансовой системе в качестве одной их причин текущего мирового кризиса.

Естественно - историческая исчерпанность ФРС. (20)
С августа 2007 года ФРС США находится в фокусе внимания глобального экспертного сообщества. И это не случайность. М.Хазин презентовал следующее концептуальное видение: "Единой мерой стоимости является доллар США, право его печатать имеет только частная структура – Федеральная резервная система США, устав МВФ запрещает странам-участникам печатать деньги иначе, как под долларовые резервы, а все это охраняет армия США – единственной супердержавы конца ХХ века".
В ходе текущего мирового кризиса ФРС получила беспрецедентные полномочия для борьбы с кризисом. Широкий круг аналитиков убежден в том, что преодоление кризиса – это следствие усилий ФРС. Но есть и те, кто убежден, что ФРС – это одна из причин текущего мирового кризиса. Так, Сенатор Джим Баннинг от штата Кентукки заявил следующее: "При той власти, которая уже есть у ФРС, она доказала, что никакого доверия не заслуживает. Политика ФРС США – главная причина нынешнего кризиса. Ещё в 1994 г. ФРС получила возможность регулировать работу всех ипотечных учреждений в стране, но воспользовалась этим правом только позавчера. Весной нынешнего года ФРС выкупила активы Bear Stearns на сумму 29 млрд долл.только для того, чтобы банк JP Morgan мог купить Bear Stearns с завидной скидкой. Теперь ФРС просит права быть регулирующим органом для снижения системных рисков. При том, что ФРС и есть главный системный риск. Доверить ФРС больше полномочий – всё равно, что дать ребёнку, разбившему окно мячом, другой мяч, потяжелее. Я не поддамся на предложения ФРС США и буду использовать все возможности, которые имеются в арсенале сенатора, чтобы остановить передачу ей дополнительных полномочий".

Financial Times констатировала: "Европейцы все чаще называют центробанки виновниками нынешнего финансового кризиса" (22.02.2009). Н.Хмелик напомнила о том, что является основой для подобных заявлений: "Несколько лет назад на конференции, посвященной 90-летию выдающегося экономиста Милтона Фридмана, основной доклад делал Бен Бернанке, который тогда был просто одним из членов совета управляющих Федеральной резервной системы США. Обозреватель Times Джерард Бейкер вспоминает, что Бернанке, посвятивший значительную часть своей жизни изучению Великой депрессии и ее причин, говорил об одной из центральных концепций Фридмана. Фридман считает, что экономическая катастрофа 1930-х годов, по существу, была результатом ошибочной политики, то есть ужасной серии ошибок Федеральной резервной системы. Бернанке завершил свой доклад с удивительной прямотой: "Вы правы. Это была наша вина. Но благодаря Вам, это больше не повторится".

The Telegraph провозгласила в начале 2009 года, что в борьбу с мировым кризисом вступает "мощное оружие" – "печатные станки": "Первого января солнце встало уже над новым миром, изменившимся до неузнаваемости. Миром, в котором процентные ставки больше не будут основным инструментом экономической политики, а сброс денег с вертолета станет образцом для подражания. Миром, в котором банковская система - когда-то великое творение мировой экономики - окажется на грани национализации; где основной вопрос будет заключаться не в том, какую прибыль может принести экономика в будущем году, а в том, сколько продлится рецессия - год или десять лет. Если у кого-то и были сомнения по поводу масштабов кризиса, сейчас их не осталось. ФРС США не только снизила ключевую ставку до нуля, но и дала понять, что она останется на этом уровне в течение длительного периода. Кроме того, ФРС применит мощное оружие - иными словами, подготовит печатные станки для борьбы с усиливающимся кризисом". Аналитик Анатоль Калецкий отметил: "Решение ФРС перейти на нулевые процентные ставки сопровождалось принятием "нестандартных" монетарных мер. Говоря простым языком, она пообещала печатать и распределять деньги до тех пор, пока экономика США не выкарабкается из рецессионной спирали". The Telegraph акцентирует внимание на особенностях действий ФРС: "Все равно, поразительно, что ФРС поддерживает идею о сбрасывании денег с вертолета, высказанную Милтоном Фридманом и Беном Бернанке. Насколько мы помним - в случае регулирования объемов денег в экономике, как в 1970х или начале 1980х, или уровней инфляции, как в 1990х и 2000х - основным средством, имеющимся в распоряжении политиков, были процентные ставки. Это время прошло. Теперь ФРС должна управлять экономикой посредством прямого закачивания и откачивания денег". Может ли структура, производящая жизненно важный ресурс находиться вне фокуса всеобщего внимания? Безусловно, нет.

The Wall Street Journal считает, что ФРС не единственная структура, приложившая свою руку к сотворению текущего кризиса: "Хотя основная вина лежит на ФРС, Администрация президента допустила чрезмерное кредитование. С ее легкой руки в Совете управляющих ФРС появились протеже господина Гринспена, а именно Бен Бернанке и Дональд Кон, которые помогли этой мании зародиться, а теперь даже отказываются нести за это ответственность". Аналитик С.Кинг отметил: "Несколько лет назад инвесторы думали, что инструмент снижения процентных ставок работает. Тогда Федеральная Резервная Система, как правило, совершая решительные шаги, получала положительные результаты. В неспокойный 2001 год, к примеру, когда фондовый рынок США находился в состоянии свободного падения, а экономика - в стадии рецессии, доллар стремительно рос, поддерживаемый всего лишь агрессивным ослаблением денежно-кредитной политики ФРС. Посыл был простой: возможно, экономика и дала трещину, но Федеральный Резерв знает, как ее залатать. От этого оптимизма не осталось и следа, и на смену ему пришел растущий скептицизм". Насколько велик уровень скептицизма? Приведем наиболее емкие высказывания.

Аналитик П.Фаррелл напомнил о книге Вильяма Флекенштейна, пристально следящего за политикой ФРС, "Пузыри Гринспена: Век невежеста Федрезерва" (Greenspan's Bubbles: The Age of Ignorance at the Federal Reserve). Фаррелл отметил, что данная книга "дает читателю понять, что на протяжении 18-ти лет американской банковской системой управляли, как коммуной хиппи "нового времени". В воздухе чувствовался дух свободы и чувство, что "все пройдет, все наладится". Сейчас ФРС возглавляет профессор, который, по словам Флекенштейна "ни в чем не может разобраться. В его руках реальная экономика в $13 трлн., занимающая далеко не последнее место в этом 48-триллионном мире. Проблема в том, что это не семинар по экономической теории, а реальность". Известный интеллектуал К.Баум отметила: "Складывается впечатление, что это фондовый рынок управляет ФРС, а не наоборот. И ФРС здесь не причем". Президент ФРБ Ричмонда Джеффри Лэкер напомнил: "В 2007 году в Давосе замглавы Федеральной резервной системы США Роджер Фергюсон утверждал, что создана идеальная модель, о которой все мечтали. В результате глобализации риски распределяются по разным рынкам - если обрушится один из них, то другие сохранятся. Но глобального обвала не будет. Аплодисменты. И вот два года спустя именно это и происходит. Что нам теперь могут сказать господин Фергюсон и другие финансовые гуру? Только одно: "Мы полностью провалились".

В ходе текущего кризиса было отмечено следующее. The Economist сделал вывод: "Рассматривая теорию эффективных рынков в контексте принятия решений по экономической политике, мы должны усвоить главное: попытки найти регулирующий орган или Центробанк, который сможет выявлять и ликвидировать пузыри в зародыше – тщетны". П.Быков напомнил, что "тот же Гринспен считает, что цент¬ральные банки все больше теряют контроль над рыночными процентными ставками по кредитам на срок свыше 3–5 лет. То есть управляемость глобальной финансовой системы снижается".

А.Кобяков презентовал наиболее жесткое видение: "Тот, кто контролирует "мировой печатный денежный станок", то есть эмиссию мировой валюты, а также механизмы ее рециклирования, может произвольно менять через инфляционные процессы стоимость денег, может по своему усмотрению открывать, а иногда и закрывать краник инвестиций, рулить финансовыми потоками, вызывать банкротства банков, корпораций, отраслей, а иногда и целых национальных экономик. С помощью этих механизмов можно перераспределять собственность. Но что такое в данном случае "умное" научное выражение "перераспределение собственности"? Что это означает на языке простых бытовых понятий, если снять шелуху "научности"? Это воровство, присвоение чужого". Кобяков подчеркнул: "С другой стороны, контроль над "печатным станком", контроль над мировой "алхимической лабораторией", производящей ничем не обеспеченные "деньги из воздуха", позволяет целым странам жить не по средствам, расплачиваясь за свое сверхпотребление бумажными долговыми расписками (облигациями – государственными и не только), без всякой возможности когда-либо в будущем расплатиться по собственным долгам. А что такое брать в долг, зная, что не сможешь этот долг отдать? На нормальном человеческом языке это также означает: воровство. И эти избранные нации паразитируют на других странах, перераспределяя в свою пользу (иными словами, присваивая) результаты чужого труда".
Стивен Кинг констатировал: "Практически каждый год в течение последнего десятилетия цены на товары широкого потребления превышают прогнозы центробанков и трейдеров. Их ошибки не могут не вызвать опасений. Они свидетельствуют об огромной нехватке знаний в самом центре монетарной и экономической системы. Проще говоря, если центральные банки не способны точно предсказать будущий уровень цен на товары, они не могут точно прогнозировать и инфляцию. А если они не могут этого делать, то им не следует так просто рассуждать о том, какими должны быть процентные ставки сегодня". Кинг считает: "Центральные банки тоже зависят от иллюзий. Они, если хотите, верховные жрецы денег. Их успех полностью зависит от способности убедить всех остальных в том, что они сумеют обеспечить ценовую стабильность во что бы то ни стало. Та неприязнь, с которой мы относимся к инфляции, заставляет нас верить в реальность иллюзий, создаваемых центральными банками".

У.Энгдаль предположил: "Панические действия ФРС с начала сентября (2008), а именно, усиленное расширение монетарной базы, открывают перспективу гиперинфляции в стиле Зимбабве. Новые деньги не "стерилизуются" компенсирующими действиями ФРС, и этот весьма необычный шаг указывает на отчаяние. До сентября вливания денег из ФРС стерилизовались, что "нейтрализовывало" потенциальный эффект инфляции". Украинский аналитик Р.Василишин иронично заметил: "Представьте себе на минуту, что большинство украинцев одновременно сели бы играть в карты на деньги и по результатам каждого игрового дня стали бы составлять отчеты в налоговую администрацию, внося в них выигрыши и проигрыши, а министерство статистики включало бы отчеты об этих карточных играх в официальную экономическую статистику. Представьте себе также, что Национальный банк, чтобы обеспечить игроков достаточным количеством денежной наличности, стал бы печатать дополнительное количество гривен и раздавать их всем желающим поиграть в карты. Не можете представить? А вот в США, на земле обетованной "свободного рынка", Федеральная резервная система печатает дополнительные доллары, чтобы десятки миллионов американцев могли поиграть на бирже, представляя это как самую прогрессивную модель экономической организации общества".

Ст.Кинг нашел удачную метафору, характеризующую нынешнее состояние мировой экономики: "Монетарная политика работает примерно так же, как и центральная система отопления. Регулируете монетарный термостат - то есть ставку - и ждете, пока экономика начнет нагреваться, или же остывать. Может быть, Бен Бернанке и Мервин Кинг, на самом деле, очень умные, на грани гениальности, но их способность повлиять на экономику в целом не отличается от способности каждого повлиять на температуру у себя в доме. При этом, периодически, каждому из нас приходится столкнуться с ситуацией, когда система отопления выходит из строя. И тогда, сколько ручку термостата не крути, ничего не поможет - нужно вызывать сантехника". Известный аналитик Уильям Песек подчеркнул: "Вопрос в том, потеряют ли центральные банки способность контролировать сферу кредитования, и, в конечном счете, экономику". Пол Волкер считает: "Если мы потеряем веру в способность и готовность ФРС противостоять инфляционному давлению и поддержать доверие к доллару, нас ждут неприятности". Таков далеко не полный реестр скептических высказываний о всевластной ФРС.

Суммируя вышеизложенное, мы можем сделать следующие выводы. Историческая и смысловая исчерпанность ФРС проявляется в следующих аспектах. Во-первых, экономисты многих стран мира все чаще стали подчеркивать двойственную природу доллара, и, соответственно, двойственность положения ФРС. Во-вторых, процесс глобализации и стремительное расширение сети Интернет привели к массовому распространению объективных знаний о мировой валютно-финансовой системе. И отсутствие доверительной легитимности у ФРС, как глобального надгосударственного института, стала более чем очевидной. В-третьих, с каждым годом увеличивается соблазн ослабить влияние "единственного в мире месторождения долларов". М.Хазин отмечает, что "вся система МВФ/МБ (созданная в рамках Бреттон-Вудских соглашений) работает на то, чтобы никто, кроме ФРС не мог эмитировать деньги: тут и система currency board, и ее неявные аналоги и ограничения для стран – участников МВФ и т.д". Вероятность появления месторождений глобального юаня или "энергетической валюты" с каждым годом возрастает. В-четвертых, становится все более очевидной неспособность ФРС эффективно влиять на мировую валютно-финансовую систему. В-пятых, ослабление или крушение доллара приведет к исчезновению ФРС. "Что касается финансовой системы, то она будет вынуждена во многом отказаться от доллара – что делает ее нерегулируемой в рамках существующих институтов" (М.Хазин).
В начале апреля 2008 года Financial Times привело одно из ключевых высказываний бывшего главы ФРС А.Гринспена. Гринспен отвечает на упреки тех, кто обвиняет ФРС в слишком слабых мерах регулирования, из-за которых произошло серьезное снижение стандартов гарантирования размещения ценных бумаг в ипотечной отрасли. Проблема, по утверждению Гринспена, заключается "не в слабости регулирования, в нереалистичных представлений о том, что регулирующие органы в силах предотвратить". Весной 2009 года Гринспен заявил на страницах The Wall Street Journal следующее: "Так ли важно, в результате чего возник пузырь: неправильных монетарных решений, контролируемых политиками, или более масштабных мировых сил, над которыми они не властны. Да, это чрезвычайно важно. Если все дело в монетарной политике, в будущем ее можно откорректировать. Если же мы имеем дело с глобальными силами, неподвластными лицам, принимающим монетарные политические решения, а мне кажется, именно это сейчас и происходит, тогда у нас серьезные проблемы" (26.03.2009). К этому добавить практически нечего.

Перепроизводство долгов. (21)
Аналитик Степан Демура считает, что "причины кризиса в перепроизводстве долгов. Кризис был создан путём наращивания долговых обязательств последние 20 лет. Получилось так, что весь мир доходы будущих периодов уже потратил вчера и сегодня. Прорывов технологических пока что не видно. Как можно повысить потребление американцев?! Последний путь, – все говорят, – это вертолёт Кейнса: разбрасывать деньги. Вот вы разбросали деньги – бензин стоил доллар, теперь стоит 10, ваши доходы увеличились ровно на столько же, но это равновесие". Демура дал крайне простое объяснение: "Вот у вас есть реальный сектор экономики, производящий добавленную стоимость, которая потом превращается в капитал и сбережения. Дальнейшее расширение производства возможно, когда эти самые капитал и сбережения инвестируются, а вы получаете еще больше добавленной стоимости. Разумеется, экономика может устойчиво развиваться в том случае, если вы производите больше, чем потребляете. Но вот вы вводите в систему кредит, и на начальном этапе опережающий рост потребления и инвестиций придает экономике значительный импульс. Однако по мере увеличения долговой нагрузки наступает момент, когда реальный денежный поток уже не в состоянии поддерживать ни существующий уровень потребления, ни обслуживать долговую массу. Вы просто столько не зарабатываете. Возникает дефляционный коллапс - уничтожение избыточного потребления и долгов путем банкротства и дефолтов. Ничего нового в этом нет - цивилизация прошла через этот цикл много раз. Он повторяется с той или иной силой каждые 60-80 лет".

США признаны главным источником текущего мирового кризиса. Приведем одно типичное высказывание, в котором даны цифры о долге США до кризиса: "Оптимистичные" данные ФРС об общем долге в 53.8 триллиона долларов диссонируют с заявлениями высокопоставленных лиц Казначейства США, о том, что только государственный долг составляет 59 триллионов долларов из-за огромного количества медицинских и пенсионных обязательств" (D.Cauchon, "USA Today", 17.06.2007). Широкий круг аналитиков называют одним из источников кризиса колоссальный долг США и рынок долга США. А.Максон так ответил на следующий актуальный вопрос: "Может ли правительство США бесконечно заимствовать? Текущий размер госдолга приводит к патовой ситуации - государство тратит на проценты по долгу сумму, аналогичную военному бюджету и уже не может сокращать его, а только наращивать. В 2006 финансовом году на процентное обслуживание госдолга было израсходовано 406 млрд. долл. В удачном 2007 году - уже 430 млрд (на оборону, включая расходы на войну, было потрачено 529,9 миллиарда долларов). Удачным 2007 год был в том смысле, что дефицит бюджета был всего 162,8 миллиарда долларов. Если бы не выплата процентов, то бюджет был бы вообще профицитным! Насколько? 430-162,8=267,2 млрд! Эти деньги США могло бы потратить на образование, медицину, пенсии... На военные расходы. Но не потратило. Отдало кредиторам. Уменьшение же госдолга требовало профицит в более чем в 430 млрд долларов! Такой профицит США не сможет достичь уже никогда. В 2006 году госдолг составлял 8,506,973,899,215.23 доллара. Сейчас он более 11 трлн и расходы на его обслуживание в 2009 году составят более 900 млрд долларов. Точка возврата давно пройдена. Что дальше?" (14.07..2009).

Максон презентовал одну выявленную закономерность: "Объёмы увеличения внешнего долга США примерно соответствуют внешнеторговому дефициту США. И это понятно - страны экспортёры используют свой избыток в долларах, полученный за счёт профицита внешней торговли, для покупки долговых обязательств США. Других источников долларов в мире просто нет. Не занимать же доллары в банках США, чтобы их вложить в облигации с меньшим доходом? Соответственно рост внешних займов США привязан к дефициту внешней торговли и не может существенно превысить имеющийся средний уровень 600-700 млрд в год. Причём, в связи с кризисом и падением спроса внутри США объёмы импорта падают. Так "за 2007-ой год американский внешнеторговый дефицит сократился на 6,2% до $711,6 млрд. против $758,5 млрд. в 2006-ом году". Дальнейший ход кризиса только уменьшит возможности США заимствовать за границей". Максон предположил следующее: "Сценарий гиперинфляции запущен, но он будет развиваться не так быстро, как его описывают известные алармисты. Его ход будет зависеть так же от поведения крупнейших держателей американского долга - Китая и Японии. Конечно, их отказ от дальнейшего кредитования США может спровоцировать гиперинфляцию уже в 2010 году. Но я склонен считать, что Китай, и, тем более, Япония предпочтут получить от США какие-то иные выгоды, нежели моральное удовлетворение от сжигания накопленного долга в огне гиперинфляции. А это значит, что 2010 год будет ещё спокойным для доллара. Но с течением времени уже внутренние причины (скупка долга ФРС) приведут к ней и 2012-2013 годы будут самыми вероятными для данного сценария".

Аналитик М.Хазин отметил: "Скорость роста американского долга настолько велика, что все вновь создаваемые в мире активы не могут его обеспечить". Хазин приводит следующие цифры: "Доля суммарных долгов всех субъектов американской экономики — государства в лице федерального правительства, правительств штатов и муниципалитетов, корпораций и домохозяйств составляет на сегодня около 50 трлн. долларов. И дело даже не в том, что этот долг в 5 раз превышает американский ВВП. Дело в том, что скорость роста мирового ВВП составляет менее 4% в год, а скорость роста американского ВВП существенно ниже — около 2% по официальным данным и в районе нуля — в реальности. А скорость роста суммарного американского долга уже много лет составляет 10% в год. То есть на сегодня 5 трлн. долларов в год, половина американского ВВП, — это прирост суммарного долга США. Если учесть, что американский ВВП на 70% — это услуги, которые никак не могут быть обеспечением долга, то получается, что уже сегодня создаваемый долг обеспечивается вновь создаваемыми активами не больше чем наполовину. Если же включить сюда остальные финансовые активы — такие как деривативы — то мы обнаружим, что обеспечение долга американскими активами составляет единицы процентов. Более того, скорость роста американского долга настолько велика, что все вновь создаваемые в мире активы не могут его обеспечить".

Д.Голубовский, анализируя внедрение деривативов во время "рейганомики", акцентирует внимание на том, что "широкое внедрение деривативов радикально преобразило весь капиталистический мир. Суть этого преображения заключалась в том, что к наличным деньгам и кредитным обязательствам, составлявшим ранее двухуровневую модель капиталистической экономики, добавился третий уровень, который по отношению ко второму уровню – кредитному – стал играть ту же роль, которую сами кредиты играли по отношению к наличным и безналичным долларам. Это привело к парадоксальному преображению всей банковской системы, которое заключалось в том, что долги, фактически, получили статус наличности межбанковских расчетов, причем самой надежной межбанковской валютой, разумеется, стали долги правительства США, обеспеченные безграничным ресурсом печатного станка". Голубовский так описывает метаморфозу американских финансов: "К финансовой власти ФРС США, которая была эмитентом национальной валюты, и к середине 80-х годов уже не справлялась с управлением экономикой, добавилась власть собственно правительства США и относительно слабо регулируемых инвестиционных банков, которые в этих условиях оказались главными эмитентами новой межбанковской валюты – собственных долгов! Так волшебным образом государственный долг США был превращен из обузы для бюджета в важнейший инструмент новой экономики, которую надо было бы назвать посткапиталистической – этот термин, мне кажется, подходит к ней больше, чем термин "постмодернистская". Долги и прочие первичные финансовые производные стали играть для деривативов ту же, по сути, роль, что и обычные деньги для самих долгов – роль частичного покрытия. А обычные деньги, в свою очередь, для деривативов стал играть роль золота – архаичного финансового актива, роль которого неуклонно снижается.
Созданная Гринспеном новая экономическая модель спасла США от финансового краха. Суть американского спасения была в том, что Гринспен создал бездонный рынок государственного долга США. Так, во всяком случае, тогда казалось почти всем, кроме самых дальновидных людей. Все же остальные приняли новое достаточно абсурдное положение вещей, согласно которому долги создаются не только для того, чтобы получать оборотные средства, но и для того, чтобы получать в дальнейшем право занять еще больше. Если быстро набравший колоссальный объем рынок деривативов опирается на рынок государственного долга, то кто будет требовать от правительства США обналичить этот долг, зная, что это убьет мультитриллионный рынок деривативов и похоронит под собой всю мировую финансовую систему? Так правительство США получило иммунитет от перспективы выплаты своих долгов – они никогда их не оплатят, потому что с них никогда их не взыщут, и в силу этой причины долги правительства США парадоксальным образом стали объектом самых надежных инвестиций в долларовой экономике".

Вывод Голубовского прост: "США больше не могут торговать капиталом, все, что им осталось – торговать государственным долгом". А мы с вами должны признать, что перепроизводство долгов – это не только проблема США. Это одна из причин текущего мирового кризиса.
Французский интеллектуал Аллен де Бенуа высказал гипотезу: "Кризис не может не подорвать доверия к доллару, курс которого, вероятно, будет и дальше снижаться. Тот факт, что доллар является в одно и то же время национальной валютой и международным расчетным средством, не привязанным к золоту с 1971 г., долгое время позволял США усиливать свою гегемонию и одновременно наращивать огромный дефицит. Выходом из положения для американцев был экспорт своей задолженности в зарубежные страны". Это позволяет нам предположить, что перенакопление долгов перейдет в иную фазу, и уже в ближайшей исторической перспективе можно будет констатировать начало глобального долгового кризиса.

Вина законодателей США. (22)
Президент РФ Дмитрий Медведев, выступая на конференции, посвященной 15-летию Конституции РФ, заявил: "Разразившийся в последние месяцы финансовый кризис - это во многом результат отклонений от этого принципа (верховенства права в экономической деятельности). Деформация представлений о правах и обязанностях участников финансовых отношений и глобальных экономических связей уже привела к тяжелой ситуации в экономиках многих государств". На ряде российских Интернет-форумов по поводу данного заявления злословили: "А как он объяснит легитимность доллара как мировой резервной валюты? Неужели Ямайскими соглашениями 1978 года?" "Хотелось бы посмотреть предложения Медведева по изменению Базельских соглашений…"
Томас Ф.Кули, профессор экономики и декан Нью-Йоркской бизнес-школы имени Стерна отметил, что "научно-технический прогресс в сочетании с желанием инвесторов получить больше прибыли сняли многие ограничения Гласса-Стигалла". Кули так описал процесс снятия ограничений: "Брокерская компания Merrill Lynch создала Счет управления наличностью и получила соответствующий патент в 1982 года. Клиенты банка смогли хранить акции, облигации и другие ценные бумаги на одном общем счете. Они могли выписывать чеки в обмен на активы и получать проценты с остатка свободных денежных средств по ставкам денежного рынка. Существенное отступление от закона Гласса-Стигалла 1933 года". Кули выделил существенное: "Когда был принят закон Грэмма-Лича-Блайли в 1999 году, отменивший большинство положений закона Гласса-Стигалла, законодательные органы просто утвердили те изменения, которые уже произошли в данной отрасли. Эти изменения были активно поддержаны Комиссией по ценным бумагам, другими регулятивными органами и саморегулирующимися организациями, как благоприятные для внедрения инноваций и повышения рыночной эффективности".

Томас Ф.Кули подчеркнул: "Эта эволюция привела к появлению совершенно нового источника нестабильности: системного риска для финансовых рынков, обусловленного сложными условиями и взаимодействием этих финансовых конгломератов. В результате нынешнее положение привело к краху, а нарушение системы оказалось таким дестабилизирующим. Наступает такой момент, когда регулирование, как концепция эволюции, теряет свою эффективность. Основная проблема, с которой нам предстоит столкнуться сегодня, связана с тем, что эти инновации породили компании, которые гораздо сложнее регулировать - и восстановить в случае краха. Решение предполагает не возврат к строгим ограничениям эпохи Гласса-Стигалла, а требует признать важность системного риска и научиться определять, оценивать и контролировать такой риск. И тогда мы сможем встать на путь эволюции".

Вышеизложенное позволяет нам признать, что одной из причин текущего мирового кризиса стали действия законодателей США, снявших все ограничения, препятствующие бесконтрольному поведению крупнейших игроков на финансовом рынке.

Архаичность общепризнанных экономических теорий и знаний. (23)
The Economist отметил: "Кажется, что многих разочаровывает работа современных экономистов, потому что они не смогли предсказать или предотвратить финансовый кризис 2008 года. Зачастую в прессе появляются интересные попытки рассмотреть проблему с макроэкономической точки зрения, или с позиции финансовой экономики. Однако, как правило, в них прослеживается позиция автора, который пользуется кризисом, как возможностью повторить свою критику, озвученную еще задолго до 2008 года. Так, например, макроэкономистов изображают, как представителей потерянного поколения, научившихся использовать бессмысленные и даже вредные математические модели и потерявших возможность разумно оценивать экономическую политику". Аналитик Стивен Кинг выделил существенное: "Практически каждый год в течение последнего десятилетия цены на товары широкого потребления превышают прогнозы центробанков и трейдеров. Их ошибки не могут не вызвать опасений. Они свидетельствуют об огромной нехватке знаний в самом центре монетарной и экономической системы. Проще говоря, если центральные банки не способны точно предсказать будущий уровень цен на товары, они не могут точно прогнозировать и инфляцию. А если они не могут этого делать, то им не следует так просто рассуждать о том, какими должны быть процентные ставки сегодня". The Economist характеризует реальность текущего мирового кризиса как "каменный век макроэкономики". И с данной оценкой можно согласиться. Это позволяет нам сделать вывод о том, что одна из причин кризиса – архаичность общепризнанных экономических теорий и знаний.

The New York Times отметила этапы "исчезновения" теории эффективных рынков: "С теорией эффективных рынков знакомы все. Она зародилась на финансовом факультете Чикагского университета и долгое время будоражила умы ученых, уверовавших в то, что фондовый рынок победить нельзя по определению, поскольку вся имеющаяся информация уже заложена в ценах. Иными словами, фондовый рынок признавался рациональным. Однако за последнее десятилетие теория эффективного рынка, которая в 1970-х превратилась почти что в аксиому, серьезно пошатнулась на своем пьедестале. Первый удар нанесли сторонники теории бихевиоризма, такие как Ричард Тейлер из Чикагского университета и Роберт Шиллер из Йельского университета, которые довольно убедительно продемонстрировали, что психология масс, стадное поведение и тому подобные явления могут оказывать значительное влияние на динамику фондовых рынков. То есть, на поверку, рынки оказывались не такими уж эффективными. Затем последовало и более существенное доказательство: пузырь доткомов, за которым последовал пузырь на рынке жилья. Что и требовалось доказать Quod erat demonstrandum". The New York Times приводит следующее: "По мнению Джереми Грантэма, (рыночный стратег и управляющий GMO - компании по управлению активами) теория эффективных рынков в определенной степени, напрямую связана с нынешним финансовым кризисом. "В погоне за четким математическим порядком и элегантными моделями, экономический истеблишмент занизил роль недобросовестного поведения, не говоря уже об откровенных вспышках иррациональности", - написал он в своем квартальном обзоре. "В чудовищно ошибочную теорию эффективных рынков целиком и полностью верили многие наши финансовые лидеры, а уж частично в нее верили все. В итоге, наше правительство и экономические власти просто сидели сложа руки, в полной уверенности, что все само собой наладится, даже когда смертельно опасная комбинация спекулятивных пузырей на рынке жилья, ослабленный контроль, извращенные инициативы и опасно сложные инструменты медленно толкали нас к пропасти, в которую мы сейчас благополучно падаем. Разве нечто подобное возможно в мире тотальной эффективности, в существование которого они так свято верили? Но самое ужасное, что эта теория привела к тому, что многие стали недооценивать опасность схлопывания пузырей". "По умолчанию, мы верим в то, что рынок знает, что делает. И это самая нелепая чушь, которую только можно придумать".

The New York Times подчеркивает: "Если бы профессиональные инвесторы признали наличие изъянов, и торговали бы с учетом того, рынок сошел с рельс, они бы сумели его победить. Но, благодаря теории эффективности, никто не хотел называть вещи своими именами и признавать наличие пузыря - ведь было принято считать, что цены на акции являются рациональными". The Australian задает вопрос: "Что же такое пузырь? Он никак не согласуется с гипотезой эффективных рынков, которая в нашу эпоху рыночного дерегулирования получила статус научной парадигмы. Она заключается в том, что цены на активы отражают совокупную информацию и знания участников рынка, где арбитраж быстро устраняет ценовые отклонения, спекуляции носят стабилизирующий характер, а диверсификация и финансовые инновации значительно сокращают риски. Кроме того, такие рынки мечты самостоятельно корректируются в случае угрозы шоков".

Лауреат Нобелевской премии по экономике 2006 года, Эдмунд Фелпс, ныне возглавляющий аналитический центр "Капитализм и общество" при Университете Колумбии, считает, что кризис находится в области знаний. Фелпс отмечает: "Финансовая инженерия" и денежная политика, "основанная на правилах", где неопределенные знания принято считать определенными знаниями, ведет нас в опасном направлении" (Wall Street Journal). Предсказуемость, напоминает Фелпс, не всегда была экономической модой. В 1920-е годы Фрэнк Найт из Университета Чикаго рассматривал капиталистическую экономику как рынок с "не поддающимися измерению" рисками, которые он называл неопределенностью. Фелпс отметил, что "в 1970-е годы представители неоклассической школы экономики выдвинули гипотезу о том, что рыночная экономика, хотя и шумна, в основном предсказуема. За любыми рисками в экономике, говорили они, стоят абсолютно случайные потрясения, вроде подбрасываний монетки, подчиняющиеся известным правилам вероятностей, - а вовсе не инновации, чьи неопределенные последствия невозможно прогнозировать". Эта модель, пишет Фелпс, завоевала господствующие позиции в Америке, и вскоре практики начали пробовать применить ее. Количественная финансовая теория превратилась в инструмент, на который полагаются многие банки и хеджевые фонды. Политические правила, основанные на этой модели, приняты на вооружение Федеральной резервной системой США и другими Центробанками.

С.Тимофеев акцентирует внимание на следующем: "В 1958 году живший в Англии австралийский экономист Элбан Филлипс опубликовал статью в журнале "Economica", в которой он сообщил об открытой им обратной связи между динамиками инфляции и безработицы. В своих выводах Э. Филлипс опирался на статистические данные по Великобритании с 1861 по 1957 год. Позднее его выводы были подтверждены американскими авторами П. Самуэльсоном и Р.Солоу. Они же предложили метод использования выявленной закономерности в формировании государственной денежно-финансовой политики. И время не заставило долго ждать прихода политика, отважившегося применить это научное достижение в практике. Им оказался президент США Р.Никсон, администрация которого с 1969 года ужесточила налоговую и финансовую политику, ориентируясь на достигнутую сверхзанятость. Результат, полученный уже к 1971 году, превзошел все самые смелые ожидания. Страна вошла в состояние стагфляции. А найденная Э. Филлипсом тенденция исчезла. Связь между безработицей и инфляцией описывается в современной научной литературе в таких терминах, как "непредвиденная инфляция". График связи этих величин из понятной кривой трансформировался в некую спираль. Мерцающие тенденции и рефлексия - это лишь часть того ситуационного поля, в котором функционирует экономическая наука".

Отметим, что многие пытаются защитить науку. В.Колташов отметил: "Наука де-факто сделана лишним звеном экономики и государственной политики. Развиваться ей не дают, лишь осыпают обвинениями. Так дело обстоит не только в России, но повсеместно. Либералы и псевдосоциал-демократы, утверждающие обратное в своих восхвалениях развитого Запада, лгут или ничего не понимают. Наука в большой мере мумифицирована, зажата в узкие финансовые рамки, лишена самостоятельности. Чиновники выступают с бредовыми идеями, а солдаты науки должны их обрабатывать, доводить до применимого на практике состояния. Получаются нелепые и в лучшем случае экономически мало полезные решения. Но чаще всего следуют тихие неудачи".
И.Файбисович и М.Дубов в статье "Экономика как наука" презентовали следующее: "Считать экономистов интеллектуальными банкротами лишь потому, что они не дают исчерпывающего ответа по поводу эффективности фискальной политики или не знают, что в точности приводит к экономическому росту, настолько же странно, как обвинять ранних биологов в неспособности пролить свет на происхождение человека, а физиков – раскрыть тайну возникновения Вселенной: да, все эти вопросы очень интересны и ответы на них чрезвычайно важны для соответствующих дисциплин, но ровно по этой же причине их безумно сложно получить. Ещё не так давно Земля находилась в центре Солнечной системы, атом был неделим, а происхождение человека не имело ничего общего с обезьянами. Об этом полезно помнить, наблюдая, как сегодня ещё относительно молодая экономическая наука вызывает нарекания и подвергается нелестным сравнениям с науками естественными… Экономистов трудно обвинять в отсутствии вещественных результатов их деятельности, ведь в реальности все существенные решения принимаются политиками". И.Файбисович и М.Дубов настаивают на том, что "уже сегодня многие исследователи заняты расширением как области применения экономики, так и арсенала её методов. Одна группа учёных активно пытается предложить альтернативу традиционной теории выбора, и в последние годы так называемая поведенческая экономика стала крайне увлекательной и серьёзной частью общего процесса. Вторая группа старается творчески заимствовать методы других наук, в частности биологии: в модной сегодня нейроэкономике изучение процесса принятия решений приобрело новые, прежде невиданные формы: магнитно-резонансная томография используется для пристального изучения активности различных участков нашего мозга в момент выбора. В случае успеха исследования в этой области экономистам станет доступно то, о чём они уже давно мечтают: возможность контролируемого лабораторного эксперимента, и упреки в ненаучности экономических исследований существенно потеряют в весе".

Линдон Ларуш убежден: "Самая очевидная причина потери способности к интеллектуальному осмыслению ситуации большинством правительств мира состоит в отношении к современным кризисным явлениям с точки зрения старых экономических, а также социально-политических и культурных догм, что характерно практически для всех современных правительств на всех континентах. Если укоренившиеся ошибочные подходы не изменятся хотя бы у некоторых правительств ведущих стран мира, планета обречена на новые темные века, и произойдет это очень скоро, и затронет все уголки планеты". А.Кобяков предположил: "Что же касается либеральных монетаристов, господствовавших в мировой экономической науке последние 25 лет, то их надежды на кратковременность кризисных явлений говорят только об их экономическом невежестве. Все традиционные методы борьбы с кризисными явлениями оказываются действенными только на повышательной волне больших К-циклов, в фазах оживления и подъема, когда кризисы, в соответствии с теорией Кондратьева, и так непродолжительны и неглубоки, а общий тренд экономического развития направлен на поступательное развитие мировой экономики. На понижательной же волне этих циклов в периоды спада и депрессии они действуют строго в противоположном направлении".
Вышеизложенное позволяет нам предположить, что наука экономика будет изменяться под влиянием трех факторов:
• Доминирующие до начала мирового кризиса экономические теории перестанут описывать динамично изменяющуюся реальность ("монетаризм", "экономикс" и теория эффективного рынка уже воспринимаются как новейшая интеллектуальная архаика).
• "Классическая" экономика окончательно выйдет из фокуса экспертного внимания. Более того, "классическая" экономика будет представлять интерес лишь в аспекте истории экономики, а не как предмет, достойный изучения.
• Актуальные экономические исследования потребуют инновационного видения. Отказ от "классической" экономики будет заложен в перспективу.

Как пошутил один трейдер, вся экономическая наука не в состоянии опровергнуть утверждение М.Муравьева: "В этом мире на сегодняшний день и ближайшие годы, нет финансовых инструментов и нет инструмента альтернативы, нефинансовых активов, золото и так далее, в которые можно спокойно вложить и сказать, я вложил и сохранил. Нету".
Взгляд на экономическую науку не будет целостным без гипотезы С.Рижинса о двух науках. Она основана на следующем предположении: "Спросим у преуспевающего коммерсанта, каким образом он добился своих успехов? Очевидно, что он уйдет от правильного ответа, кому охота делиться с кем-то посторонним своим местом под солнцем. Я многократно спрашивал знакомых: "Допустим, вы правитель процветающего государства, раскроете ли вы секреты своего благосостояния соседям". Практически во всех случаях я получил категоричное: "Нет, конечно". Более тонкий ответ был следующим: "Рассказать о механизме экономической системы конечно можно, но нельзя рассказывать всей правды, необходимо утаить ключевые моменты, не зная которых невозможно построить аналогичную систему". Действительно как еще может поступить процветающее государство? Ведь места под солнцем не так много. Если государство преуспевает, имеет эффективную экономическую систему, то оно ни с кем не делится секретами своих успехов. Может возникнуть такая ситуация, что государство проводит определенные многоходовые комбинации, в результате которых оно обманывает "неграмотных" соседей и получает определенный доход от этого. В этом случае оно еще сильнее засекретит свою экономическую систему". Из данного предположения Рижинс делает вывод о том, что "мы имеем две науки - одну секретную, предназначенную для внутреннего потребления, изучающую реальные процессы в государстве и экономике, и другую, открытую, предназначенную для дезинформации третьих лиц. Назовем эти две науки реальной и публичной". Рижинс считает, что "даже если государство и не имеет целей обмана других государств, оно все равно должно культивировать две науки - реальную и публичную, ибо это соотносится с целями обеспечения государственной безопасности. Если противник знает реальное устройство экономической системы, то ему легче найти в ней слабые места. Воздействуя на слабые места, он может незначительными усилиями дестабилизировать и разрушить экономическую систему". Гипотеза Рижинса совпадает с предположением Ю.Баранчика: Рынок" – это выдумка, созданная для отвода глаз от тех мест, где реально принимаются решения".


Хронология мирового кризиса и открытые вопросы (причины кризиса и "лекарство")

В работе "Хронология мирового кризиса 2007-2009 годов" были презентованы знаковые события текущего мирового кризиса:
• 10 августа 2007 года – первая совместная интервенция центробанков ведущих стран мира. Дата начала мирового кризиса 2007-2009 годов.
• 18 сентября 2007 года – ФРС США снизила учетную ставку на 0,5 процентного пункта - до 4,75%. Начало процесса снижения ставок.
• 31 октября 2007 года – ФРС США снизила учетную ставку на 0,25 процентного пункта - до 4,5%.
• 1 декабря 2007 года – вхождение экономики США в рецессию (сокрытие рецессии до 1 декабря 2008 года)
• 11 декабря 2007 года - комитет по открытым рынкам Федеральной резервной системы (ФРС) США принял решение понизить учетную ставку на четверть процентного пункта с 4,5 до 4,25 процента.
• 22 января 2008 года - Федеральная резервная система США сообщила о понижении базовой процентной ставки на 0,75 п.п. до 3,5% годовых. Это первое внеочередное заседание ФРС после 11-го сентября 2001-го года.
• 31 января 2008 года - ФРС понизила базовую ставку на 0,5 п.п. до 3% годовых.
• 11 марта 2008 года - ФРС объявила о запуске нового механизма кредитования облигаций для своих первичных дилеров
• 16 марта 2008 года - ФРС США впервые за 30 лет провела экстренное заседание в воскресенье. Принято решение снизить ставку дисконтирования на 25 базисных пунктов до 3,25%. Монетарные власти США серьезно опасаются масштабного бегства капитала из крупнейших американских банков. В течение всего двух дней клиенты одного из крупнейших инвестиционных банков США Bear Stearns потребовали вывода своих активов в размере $17 млрд.
• 18 марта 2008 года - базовая ставка была понижена ФРС на 0,75 п.п. до 2.25% годовых.
• 30 апреля 2008 года - ФРС приняло решение снизить процентную ставку по федеральным фондам на 0,25 процентного пункта до 2,0%.
• 3 июля 2008 года – цена на баррель нефти на NYMEX достигла исторического максимума - 145$.
• 15 сентября 2008 года – банкротство американского инвестиционного банка Lehman Brothers. Начало нового этапа мирового кризиса.
• 19 сентября 2008 года – очередная совместная интервенция центробанков ведущих стран мира.
• 1 октября 2008 года – принятие "плана Полсона"
• 8 октября 2008 года – ФРС США снизила учетную ставку на 0,5 процентного пункта - до 1,5%. В этот же день банк Англии снизил ставку с 5.0 % до 4.5 %. ЕЦБ снизил ставку с 4.25 % до 3.75 %. Банк Канады снизил ставку с 3.0 % до 2.5 %. В Швеции и Швейцарии также снизили ставки на 0.5 %.
• 15 ноября 2008 года – саммит G-20 в Вашингтоне
• 29 октября 2008 года – ФРС снижает ставку на 0,5 п.п. до 1,0% годовых.
• 16 декабря 2008 года - ФРС принял решение понизить процентную ставку по федеральным фондам на три четверти процентного пункта до 0,25%.
• 13 февраля 2009 года – принятие "плана Обамы"
• 2 марта 2009 года – знаковое падение индекса Dow Jones. Рынок акций США открылся снижением на фоне сообщения о рекордных убытках страховой компании American International Group. При этом, индекс Dow Jones к 17:36 мск снизился на 1,88% до 6930 пунктов, опустившись ниже психологически важной отметки 7000 пунктов, впервые с октября 1997 года.
• 13 марта 2009 года - Базельским комитетом по банковскому надзору было принято решение расширить число участников этой организации и пригласить к деятельности в комитете представителей Австралии, Бразилии, Китая, Индии, Южной Кореи, Мексики и России.
• 23 марта 2009 года - Китай предложил заменить американский доллар в качестве глобальной резервной валюты новой международной системой, контролируемой Международным валютным фондом.
• 27 марта 2009 года - число своих членов расширил также Форум финансовой стабильности. В его состав вошли все члены так называемой "Большой двадцатки" ведущих индустриальных стран мира, в число которых входит и Россия.
• 1-2 апреля 2009 года – саммит G-20 в Лондоне. Приняты решения об усилении роли МВФ, контроле над хедж-фондами и налоговыми "гаванями".
• 24-27 июля 2009 года – создание Химерики. После двухсторонних переговоров в Вашингтоне мир вступил в период хрупкого равновесия между двумя сверхдержавами – США и Китаем
• 24-25 сентября 2009 года - саммит G-20 в Питсбурге. Принята попытка "погасить" глобальный дискурс под названием "мировой кризис" и "зажечь" глобальный дискурс под названием "война".

В данный реестр событий не вошли все интервенции и уровень "кредитного послабления", реализованные центробанками ведущих стран мира, что и стало основным "лекарством" от кризиса. Экономист Т.Муранивский отметил следующее: "Современная мировая валютно-финансовая система находится в состоянии продолжительного и непрерывного кризиса в течение более 30-ти лет. Его началом явился кризис Бреттон-вудской валютной системы США в конце 60-х годов. Октябрь 1997 года, как и октябрь 1987 года, оказались своего рода "пиками" общего кризиса…" К данным датам теперь можно добавить и сентябрь 2008 года.

Д.Кьеза так охарактеризовал реальность, сложившуюся к осени 2009 года: "Никто не хочет осознать, что целая система международных финансовых отношений рухнула. Чтобы её возобновить, а не просто восстановить, нужны радикальные изменения структуры мирового управления. То есть нужна новая архитектура мира. Но всё происходившее в последний год показывает: единственные меры, которые Запад оказался способен принимать, это продолжение финансирования уже обанкротившихся банков. Одни большие инвестиционные банки в течение года исчезли с арены, остальные превращены в обыкновенные банки. Одновременно обанкротились самые бедные страны мира. Произошло цунами такого масштаба, что думать, будто достаточно изыскать триллион долларов и всё выправится, несерьёзно. Этот самый триллион – капля в море, которая ничего не решит". Д.Голубовский убежден: "Однако все эти деньги, несмотря на колоссальность сумм, закачиваемых сегодня в мировую кредитно-финансовую систему, – капля в море, точнее – в рынке фиктивного капитала, и сами по себе они не решат проблем, но они могут служить рычагом для того, чтобы попробовать запустить всю сгнившую систему финансового капитализма снова, оживить, так сказать, старый труп".

С данными высказываниями можно согласиться. Но главное – не это. Все изложенное в данной работе позволяет нам выявить пять неразрешимых противоречий современности, которые и предопределяют природу текущего мирового кризиса:
• Противоречие между глобальной финансовой системой и суверенными государственными экономиками.
• Противоречия между национальными интересами США и экономическими проблемами всего мира.
• Противоречие между стремлением элиты США сохранить действующую архитектуру мировой валютно-финансовой системы с долларом в качестве резервной валюты и естественным стремлением Китая и ряда стран, включая Россию, перейти к новой мировой валютно-финансовой архитектуре.
• Противоречие, связанное с контролем энергоресурсов суверенными государствами и потребностями глобального энергетического рынка.
• Противоречие между государственным и глобальным статусом доллара.

Сегодня любой интеллектуал может самостоятельно соизмерить все известные антикризисные мероприятия с основными причинами текущего мирового кризиса. Причем, какие из причин мирового кризиса являются наиболее существенными – это плод субъективного выбора. Сегодня важно осознать, что текущий мировой кризис поставил ряд открытых вопросов, ответы на которые крайне важны для будущего человечества.

Перечислим основные открытые вопросы:
• Соответствует ли "лекарство" от кризиса причинам текущего мирового кризиса?
• Причины кризиса легко устранимы в рамках антикризисных мероприятий ведущих стран мира или новая фаза кризиса проявится уже в ближайшее время?
• Являются ли взаимосвязанными все основные причины текущего мирового кризиса или для преодоления кризиса требуется смена цивилизационной парадигмы?
• Призыв - "кризис закончился, забудьте" – это технологическая информационная завесами, организованная ведущими мировыми СМИ и властями ведущих стран мира в преддверии новой разрушительной фазы кризиса?
• Не является ли мировой кризис буревестником грядущей Третьей мировой войны?

К вышеизложенному необходимо добавить вопрос, сформулированный белорусским аналитиком Ю.Баранчиком: "Первый и главный вопрос, который требует своего ответа, это вопрос о природе происходящего качественного перехода, имеет ли "мировой кризис" рукотворный характер или же он является неким исключительно объективным процессом "слепых рыночных сил" и нисколько не зависит от человеческой воли и целевых установок".
Ответа на данные вопросы пока нет, но ответы будет найдены в ближайшей исторической перспективе.


Кризисология и уроки мирового кризиса

Канцлер Германии Ангела Меркель заявила в марте 2009 года: "Мы должны извлечь уроки из причин нынешнего кризиса. Это произошло из-за того, что мы живем не по средствам. После кризиса в Азии в 1997 году и событий 11 сентября 2001 года правительства поощряли риск для ускорения темпов экономического роста. Мы не должны повторять эту ошибку, и нам следует добиваться роста исключительно на более твердой почве". Аналитик М.Хазин акцентирует внимание на фразе лауреата Нобелевской премии Барака Обамы: "Не нужно искать виновных кризиса". Это замечательная совершенно фраза. Потому что в переводе на русский, вообще на общечеловеческий, она означает следующее. Не нужно искать причину кризиса. Это две стороны одной медали: если мы понимаем причину, мы понимаем, кто виноват; если мы понимаем, кто виноват, должны понимать причину, иначе как мы в этом сможем убедиться. Нужно совершенно четко понимать, что Обама не хочет знать и хочет, чтобы никто не разбирался в том, каковы же причины кризиса. Это на самом деле очень важный показатель". Хазин считает, что "Американское (а за ним и мировое) экспертное сообщество изучает отдельные проявления текущего кризиса, обходя его реальные причины и следствия".

М.Хазин отметил существенное: "С начала острой стадии кризиса – с сентября 2008 года – произошло несколько очень крупных международных форумов, включая два форума G20, и много более мелких, включая встречи министров финансов G8, министров финансов G20 и так далее. И ни на одном из них не обсуждались причины кризиса. Я говорил о том, что с точки зрения здравого смысла это нонсенс – нельзя обсуждать лечение болезни, не имея диагноза". Хазин предположил: "Либо они сами знают, в чем эти причины, и считают, что другим людям это знать не нужно, вариант другой – они опасаются, что попытки обсуждения этих причин… будут высвечивать Америку в черном свете, независимо от того, что там на самом деле". Представляется, что верно первое предположение. Аналитикам, стоящим во главе ФРС и ведущих финансовых институтов США, известны причины кризиса.

Данная работа – это и небольшой вклад в науку кризисологию. Фернан Бродель отметил: "История предстает перед нами как ряд кризисов, между которыми существуют какие-то площадки эпохи равновесия". Представляется, что мир сейчас находится на крайне ограниченной "площадке равновесия", причем, само равновесие будет вызывающе краткосрочным. Именно поэтому важность науки кризисологии будет со временем неуклонно возрастать.
Если, включив телевизор, вы услышите слова о "новой волне" мирового кризиса, то вспомните ироничные стихотворные строки Игоря Губермана:
"В пучине наших бедствий
Спят корни всей кручины:
Мы лечимся от следствий,
А нас е$$т причины".

Источник - ]]>http://www.polit.nnov.ru/2009/10/13/crisisology23cause36/]]>

Раздел:
Настройки просмотра комментариев
mid аватар
#

Алексворд, прочитав материал, добавил еще одну причину:
Падение энергопотока в расчете на одно рабочее место и душу населения и, как следствие, выпуск реального сектора. Это имело место и в позднем СССР, и в США, начиная с конца 60-х и много где, что станет причиной для вероятного скачкообразного падения плотности населения в ряде стран.
По-моему, это всё-же не причина, а следствие.
Интересно, а куда уходит увеличивающийся экспоненциально энергопоток?
На подогрев озонового слоя и кондиционирование Америки?

"Не бывает атеистов в окопах под огнём". (с)Егор Летов

#

This comment has been moved ]]>here]]>.

#

На самом деле, нет никакого финансового кризиса, это всё спектакль.
Надо просто брать всё в свои руки.
Бери и делай!--- это точно, только так можно что-то изменить к лучшему! Ведь все проблемы у всех от отсутствия финансового благополучия или стабильности.

#

"Статья написана в необычном стиле а смысл к пониманию ближе к середине." (с) Анонимный пользователь

ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ МОДЕРАТОРА
- вышеприведенная ссылка это скрытая РЕКЛАМА очередного МММ для витающих В ОБЛАКАХ
Санди, не обижайтесь на реплику, но у Вас в Правилах вроде несогласованная реклама запрещена?

p.s. Мне всегда казалось, что Мавроди более грамотный, а у него такое колличество ошибок в душещипательном тексте, восхваляющем абревиатуру НМП!
Сценарий ранних серий "Духа Времени".

#

"Гоша" писал(а):
Санди, не обижайтесь на реплику, но у Вас в Правилах вроде несогласованная реклама запрещена?

Спасибо, Гоша, действительно не заметил.

[Рим.8:31] Если Бог за нас, кто против нас?

Отправить комментарий