Знаки исполнения времён. Аналитика и размышления
Последние комментарии
Сейчас на сайте
Сейчас на сайте 0 пользователей и 4 гостя.

ДИКТАТУРА БЕЗУМИЯ

Ирина МЕДВЕДЕВА, Татьяна ШИШОВА

Очень многие вещи, о которых мы сейчас пишем, стали нам понятны далеко не сразу, порой через годы после какого-то первого импульса. Что это был за импульс, трудно объяснить, но, как правило, все начиналось со смутного чувства: неловкости, беспокойства, внутреннего протеста... Логически мы обосновать этого дискомфорта не могли, а в случае, о котором сейчас расскажем, даже поначалу стыдились своей негативной реакции.

Необычный конгресс

Летом 1994 года, приехав на Международный конгресс по социальной психиатрии в Гамбург, мы увидели странную картину: заметное число делегатов конгресса выглядели как душевнобольные.

“Удивительно! Почему западные врачи так похожи на своих пациентов?” — подумали мы.

Но вскоре выяснилось, что это натуральные пациенты. Мы снова изумились: как можно показывать больных людей огромному залу, будто зверюшек в цирке?

Западные коллеги снисходительно улыбнулись стереотипности нашего мышления и объяснили, что мы являемся свидетелями величайшего гуманисти­­ческого эксперимента. Впервые на научном конгрессе пациенты психиатрических клиник, в том числе и страдающие глубокими расстройствами, будут делать доклады наравне с корифеями медицины. И они действительно их делали, перемежая подробные описания бреда и галлюцинаций с яростной критикой врачей и методов лечения, а также требуя для себя права на вождение машины, на работу в суде и прочих органах власти. Поведение врачей тоже, впрочем, было для нас непривычным. Они все время что-то жевали, пили воду из бутылочек, громко переговаривались, вставали посреди выступ­лений — даже когда доклад делал ученый с мировым именем! — и косяками выходили из зала. Очереди за кофе и бутербродами в рабочее время и в перерывах были практически одинаковыми. Слушая же выступления пациентов, врачи почему-то очень веселились. Так потешаются дошкольники и младшие школьники, глядя на клоунов, дубасящих друг друга надувными молотками. Подобная бестактность шла вразрез с нашими представлениями о врачебной этике, но мы и это списали на совковую стереотипность.

В последний же день произошло нечто и вовсе не вообразимое. Больные, на которых вся эта непривычная обстановка действовала возбуждающе, совершенно растормозились и уже без приглашения валом повалили на сцену, пытаясь дорваться до микрофона. Индианка с черными распущенными волосами, в ярком экзотическом наряде, завывала, размахивая руками, которые были от плеч до запястий унизаны сверкающими браслетами. Так, наверное, неистовствовали древние пифии, впадая в экстаз. Другой, местный, пациент (вернее, клиент — на конгрессе много говорилось о том, что из соображений политкорректности больных теперь нельзя называть пациентами, поскольку это ставит их в подчиненное, а значит, униженное положение) кричал, что ему в Германии тесно, не хватает свободы. И грозился сбежать в пампасы. А потом, оборвав себя на полуслове, запел песню тех самых пампасов или, может быть, прерий и принялся изображать ковбоя верхом на лошади. Но вскоре и песня была прервана, потому что любитель свободы подбежал к старому профессору, восседавшему в президиуме, и начал его душить. Устроителям пришлось поступиться правами человека, и раздухарившегося ковбоя вывели из зала. Но не успели мы перевести дух, как на сцену выскочила девица, которая, не претендуя на микрофон, с разбега плюхнулась на колени к другому члену президиума (он был гораздо моложе первого) и быстрыми, ловкими движениями стала его раздевать. Зал взревел от восторга. Сквозь хохот, свист и ободряющие выкрики психиатрической братии доносились обрывки фраз: “Что мы тут делаем?.. Дорогой, мы только теряем время... Пойдем отсюда... Мы нужны друг другу...”

Тут уж мы не выдержали и, плюнув на политкорректность, сказали немецкой коллеге, которая нас опекала на конгрессе: “Зачем было привозить сюда эту больную женщину? У нее же острый психоз”.

Коллега отреагировала неожиданно и с заметным раздражением:

— Откуда вы знаете, что это больная? Вы что, ее тестировали? Может, она как раз психиатр, подруга доктора Крюгера...

Мы пристыженно замолкли, ведь и вправду не тестировали... А то, что видно невооруженным глазом, так это у кого какое зрение...

Но тут нашу подмоченную было репутацию спас сам полураздетый доктор Крюгер (назовем его так). Отстраняя непрошеную возлюбленную, он изви­нился в микрофон перед залом за то, что больная разволновалась и ведет себя несколько аффектированно.

Что было дальше, мы, честно говоря, помним слабо. Осталось лишь впечатление кошмара, какого-то всеобщего беснования. А еще в опухшей голове промелькнула мысль, что на следующем конгрессе душевнобольные, наверное, будут уже сидеть не только в зале, но и в президиуме. А через раз полностью захватят власть, обретя полномочия устроителей. Ведь с их маниакальным напором они сметут на своем пути любую преграду.

Тогда нам эта мысль показалась скорее юмористической. Во всяком случае, мы не стали ее развивать. Но теперь, глядя на то, что происходит вокруг, как-то очень живо припомнили свои гамбургские впечатления и подумали, что все это скорее грустно, нежели смешно. А главное, совсем не так далеко от истины, как нам казалось в начале 90-х. На конгрессе была воочию явлена одна из важнейших тенденций современного переустройства мира — стирание границ между безумием и нормой.

Догоняя Америку

Вообще-то разговоры о том, что нормальных людей в принципе не существует и что никто не знает, где кончается яркая личность и начинается личность психически нездоровая, велись давно. Мы, во всяком случае, помним подобные сентенции с самого детства. А кому незнаком расхожий миф о том, что безумие сопутствует гениальности? Во времена застоя критическое отношение к психиатрии среди нашей интеллигенции усугублялось еще и практикой помещения диссидентов в сумасшедший дом. Случаев таких было не столь много, как принято думать, но зато они получали громкую огласку, ибо в брежневское время в “железном занавесе” появились бреши: кто-то слушал радиостанцию “Голос Америки”, кто-то читал самиздатовскую литературу. И даже тогда, когда диссидент действительно был психически не вполне нормален, на это закрывали глаза, потому что восхищение храбростью человека, который подвергал себя риску “во имя всеобщей свободы”, перевешивало все остальные соображения.

Поэтому когда в перестройку разрешили сниматься с психиатрического учета по желанию или вовсе не вставать на учет, общество восприняло это законодательное послабление как торжество попранной справедливости. Казалось, что политические борцы наконец получили право снять с себя ложные обвинения. Но на деле вышло, что с учета снялось огромное количество настоящих больных, ведь один из признаков серьезной душевной болезни — это снижение критики. Больной неадекватно оценивает свое состояние, считая себя абсолютно здоровым, а близких, советующих ему лечиться, сумасшедшими или злодеями.

Мы часто склонны превозносить свою самобытность и первенство даже в каких-то отрицательных вещах. По логике “наши паралитики — самые прогрес­сивные”. Но в данном случае подобную логику легко развенчать. В 1997 г. петербургское издательство “Питер Пресс” выпустило книгу американского автора Э. Фуллера Торри “Шизофрения”. В ней, в частности, рассказывается о так называемой деинституциализации — разгосударствлении психиатри­ческой помощи в США — процессе, включавшем в себя, в частности, и резкое сокращение пациентов в государственных психиатрических больницах. Эта политика стала набирать в Америке силу с начала 60-х гг., как раз тогда, когда пошла разработка социальных проектов, вроде бы совсем разных и независимых друг от друга, а на самом деле имеющих одну цель — построение глобалистского общества.

“Масштабы деинституциализации, — пишет автор, — с трудом поддаются восприятию. В 1955 г. в государственных психиатрических клиниках насчиты­валось 559 тыс. хронически больных. Сегодня их менее 90 тысяч. Численность населения в период с 1955 по 1993 г. выросла со 166 до 258 млн человек, а это значит, что если бы на душу населения в 1993 г. приходилось такое же количество госпитализированных пациентов, как и в 1955 г., то общее их число составило бы 869 тыс. Следовательно, в настоящее время примерно 780 тыс. человек, т. е. более трех четвертей миллиона, которые в 1955 г. находились бы в психиатрических лечебницах, живут среди нас”. И подводит итог, говоря: “90 процентов из тех, кто сорок лет назад был бы помещен в психиатрическую больницу, сегодня в ней не находится”.

По мнению автора, на такое положение дел во многом повлияла нашумевшая книга Кена Кизи “Пролетая над гнездом кукушки”, вышедшая в свет в 1962 г. В России более известен одноименный фильм, снятый по этой книге. С подачи Кизи люди начали путать причину и следствие: госпитализация стала считаться одной из серьезных причин психических заболеваний. И соответственно, в качестве лечения предлагалось просто выпустить больных на свободу. В фильме, как вы помните, эта идея воплощена в образе индейца, убегающего из сумасшедшего дома, который как-то подозрительно напоминает концлагерь. (Так что крик о “карательной психиатрии”, поднявшийся у нас в перестройку, тоже был эхом, долетевшим с другого континента, когда появилась возможность сокрушить психиатрическую службу не только в Америке, но и в Советском Союзе.)

Очень способствовали “освобождению” психических больных, по словам Фуллера, и американские юристы, коих, кстати, расплодилось в те годы великое множество. В главе “Масштабы бедствия” читаем: “В штате Висконсин один такой защитник заявлял, что больной шизофренией — человек, поедавший свои фекалии, — для самого себя опасности не представляет, и судья, приняв сторону защиты, не счел необходимым принудительно лечить больного”. “В качестве награды за свою деятельность, — горько иронизирует Фуллер, — они (юристы) имеют теперь огромное число бездомных, психически больных людей, которые зато свободны — свободны находиться в состоянии постоянного психоза”.

Читаешь эту книгу — и почти все, что в ней написано о разрушении психиатрической помощи, может быть отнесено к нам. Прибавить только надо лет 30 — и получится ситуация в России. Например, Фуллер сетует на то, что услуги психиатров и психологов после разгосударствления психиатрических служб стали для многих недоступными. Специалистов сколько угодно, но они предпочитают заниматься частной практикой. Разве у нас не то же самое? До перестройки все психиатрические службы были бесплатными. Теперь во многих — в том числе детских! — официально лечат за деньги, и немалые.

Сильно возросла стоимость лекарств. Ряд дешевых отечественных препаратов (таких, скажем, как пиразидол, азафен, френолон) исчезли из продажи; перечень лекарств, которые больные с группой инвалидности должны получать бесплатно, теперь сильно ограничен.

Обратите внимание, что даже в таком ультракапиталистическом государстве, как США, психиатрическая помощь еще недавно была бесплатной, поскольку душевные заболевания входили в разряд социально значимых и государство считало своим долгом, с одной стороны, покровительствовать таким больным, а с другой — обеспечивать здоровым вполне законное право на безопасность. Теперь, после смены “курса”, она часто не обеспечивается. “По данным одной из работ, — пишет Фуллер, — за последний год 9 процентов больных шизофренией, не изолированных от общества, в драках применяли оружие. По другим данным, 27 процентов выписанных из психиатрических клиник пациентов, как мужского, так и женского пола, совершили по крайней мере один акт насилия в течение первых четырех месяцев после выхода из больницы. Резко увеличилось также число актов агрессии, совершаемых больными шизофренией против членов их семей”.

Ничего удивительного, что автор называет разгосударствление психиатрической службы “самым крупным провалившимся социальным экспериментом в Америке” и добавляет, что оно “сравнимо по своим последствиям со спуском на воду своеобразного психиатрического “Титаника”.

Тем не менее эксперимент не только не прекращен, но и распространен на другие страны. В том числе на нашу. Результаты соответствующие: огром­ное количество бомжей, нелеченых алкоголиков, которые беспрепятственно терроризируют и взрослых членов семьи, и детей. А малолетние бродяжки, среди которых так высок процент психической патологии? Да и рост тяжких преступлений во многом на совести лукавых гуманистов.

Теперь человек, страдающий серьезным психическим расстройством, может сколько угодно угрожать своим близким. Пока он не привел свою угрозу в исполнение — не смей говорить о принудительной госпитализации. Муж одной нашей знакомой в состоянии психоза бросал с балкона тяжелые пред­меты. И что, его удалось положить в больницу? Как бы не так! Он от лечения отказывался, считая себя идеально здоровым. А жене, когда она пришла в психдиспансер, сказали: “Сожалеем, но ничем не можем помочь. Вот если б он не просто сбросил с балкона телевизор, а пришиб прохожего, тогда — да, мы бы за ним приехали. А в данном случае не имеем права”.

Если еще раз повторить вслед за Фуллером длинное и труднопроизносимое слово, надо отметить, что, деинституциализировав лечение, адепты глобализма институциализировали, как бы огосударствили, узаконили безумие. А попросту можно сказать так: широко раскрыв двери сумасшедших домов, они стараются превратить в дурдом весь мир. Объявив больных здоровыми, прилагают в то же время гигантские усилия к тому, чтобы здоровых свести с ума.

У нас, правда, “процесс пошел” с опозданием на несколько десятков лет. Как-то раз, уже не в Германии, а в Москве, мы долго беседовали с немцем. Разговор был сложным и касался духовных проблем современной жизни. Обычно с иностранцами такие беседы длятся — если вообще возникают — очень недолго. Их это явно утомляет. А наш немецкий гость понимал все с полуслова и был настолько захвачен разговором, что не проявлял ни малейших признаков усталости. И даже, позабыв о европейском этикете, готов был проговорить до утра.

— А что думают по поводу обсуждаемых нами проблем люди вашего круга в Германии? — спросили мы, тайно вздохнув о том, что не встретили там столь близких по духу собеседников.

Лицо немецкого историка омрачилось.

— У меня нет круга. В Германии мне вообще некому это сказать.

— Почему?

Он ответил не задумываясь:

— У нас “промывка мозгов” длится уже более 40 лет, а у вас она только началась. Так что в России еще много нормальных людей, которые способны вникнуть в смысл происходящего.

Прогулки с Ганнушкиным

Что ж, воспользуемся своим преимуществом. Оно, как ни парадоксально, заключается еще и в том, что, наверстывая упущенное, глобализаторы стараются поскорее закачать в нас все “достижения цивилизованного мира”, к которым западные люди привыкали постепенно, в течение полувека. Поэтому плавной смены ценностей в России не произошло, как и тотальной адаптации к новой реальности: у многих она, наоборот, вызывает аллергию и отторжение. Но даже у тех, кто вроде бы хочет вписаться, еще вполне свежа память о том, что в России (да и до недавнего времени на Западе!) традиционно считалось нормой, а что — психопатологией.

Ну а коли так, давайте, пока у нас до конца не отшибло память, посмотрим, как жизненное пространство усиленно превращается адептами глобализации в различные отделения сумасшедшего дома.

Взять хотя бы моду. Проектировщики глобального мира, судя по всему, решили использовать ее в качестве одного из сильнейших средств патологи­зации психики. Да, конечно, мода существовала всегда, но она скорее отражала процессы, происходящие в обществе, а не формировала их. (Скажем, необходимость пользования общественным транспортом вызвала некоторое укорачивание юбок.) С начала же 60-х гг., когда глобалисты заговорили о необходимости произвести в мире “сдвиг культурной парадигмы” и начали активно формировать “культуру рока-секса-наркотиков”, моду стали исполь­зовать в качестве тарана, пробивавшего бреши в массовом сознании. Сперва шла раскачка контрастами: мини-юбки — макси-юбки; брюки-дудочки — широченные клеш; узконосые туфли — квадратные носы; облегающий силуэт — “мешок”. Сначала перемены происходили довольно медленно, поскольку новая мода всякий раз вызывала у старшего поколения шок, общество сопротивлялось. Вспомните хотя бы, сколько дебатов вызывали туфли на платформе или на высокой шпильке. Но со временем мелькание кадров убыстрилось. Не успеешь глазом моргнуть, а мода кардинально поменялась. К концу 70-х гг. в иностранных журналах мод типа “Бурда” писали, что теперь мода может меняться даже в пределах одного сезона: скажем, в начале лета “писк” — платье в крупный горошек, а через месяц — в полоску. Но все же примерно до середины 80-х мода все-таки соответствовала своему главному предназначению, которое состоит в том, чтобы людей украшать. И одежда проектировалась и подбиралась так, чтобы скрашивать, скрывать природные недостатки внешности. Помните, еще совсем недавно не только в модных, но и просто в женских журналах давались советы, как с помощью одежды замаскировать излишнюю худобу или, наоборот, избыточный вес, визуально сузить слишком широкие плечи или расширить чересчур узкие бедра. Конечно, и тогда встречались толстухи, которые напяливали мини-юбку, но они были посмешищем для окружающих. А родные старались образумить модниц с таким дурным вкусом.

Но ближе к концу 80-х стали появляться силуэты и фасоны, которые не могли украсить никакую фигуру, а делали облик нелепым, карикатурным, порою клоуноподобным. Брюки со сборками на животе уродовали даже самых стройных девушек. Женщины ведь всегда заботились о том, чтобы живот скрадывался. Отсюда — просторные народные сарафаны; дворянки, следовавшие европейской моде, наоборот, затягивались в корсет. Но в любом случае демонстрировать большой живот считалось неприличным. А тут даже худышка выглядела пузатой! И вдобавок сужающиеся книзу брюки создавали впечатление огромного отвислого зада. Не дамские брючки, а мечта паяца!

Тогда же сделались популярными и совершенно несуразные мужские наряды. Например, красные брюки, рубашки с кружевными манжетами и гипюровыми жабо.

Кто-то может спросить: “Чем же такая одежда карикатурна? Что в ней клоунского? Жабо очень даже украшает”.

И действительно, жабо — красивый элемент одежды. Только женской, а не мужской.

“А как же графы, маркизы и бароны на балах?” — не унимается спорщик.

Но прошло время графов, маркизов и дворцовых балов. А современный мужчина, который приходил в жабо на работу или давился в перестроечных очередях, отовариваясь маслом по талонам, выглядел, прямо скажем, нелепо. Нелепость же никого не украшает.

Вот и получается, что в моде 80-х уже достаточно отчетливо прозвенели сигнальные звоночки, ведь и карикатурность облика, и стремление походить на существо другого пола, да и анахронизм в одежде — все это психиатрические симптомы.

В последующие же годы в моде все меньше оставалось смешных нелепостей и все больше появлялось нелепостей откровенно безобразных, уродливых и даже пугающих. Высоколобые умники заговорили об эстетике безобразного, искусствоведы — об агонийных (от слова “агония”) формах искусства. Но мы не станем развивать агонийное искусствоведение, на то есть патентованные специалисты, получающие заграничные гранты. Мы лучше посмотрим на новейшую моду с точки зрения психопатологии. Интересно, что бы сказали корифеи русской и советской психиатрии, пройдясь по современным московским улицам, спустившись в метро, заглянув в молодежную дискотеку? Корсаков, Ганнушкин или Кащенко могли бы не устраивать свои знаменитые профессорские разборы для студентов-медиков в стенах психиатрических клиник, носящих теперь их имена. Зачем извлекать больных из палаты и приводить в аудиторию, когда можно выйти на улицу и с приятностью устроить практикум на свежем воздухе?

Вот женщина не просто полная, а с болезненным ожирением. Но она в обтягивающих, больше похожих на рейтузы брюках и такой же облегающей майке. Да, не прошли даром так называемые “fat-show”, фестивали и клубы толстяков, в которых задавали тон звезды эстрады, тоже, мягко говоря, не отличавшиеся худобой. На эту женщину никто даже не обращает внимания. И разве она такая одна? Между тем это яркий пример сниженной критики, сопутствующей серьезным психическим заболеваниям.

Вот старуха в джинсовой юбке, кроссовках и бейсболке с ярко-красным козырьком. Стиль девочки-семиклассницы. Ганнушкин, наверное, квалифи­цировал бы это как старческое слабоумие. Но сегодня за такой диагноз в сумасшествии обвинили бы самого Ганнушкина. Это ж так прекрасно, когда человек не помнит о своем возрасте и в семьдесят пять хочет выглядеть, как в пятнадцать! Значит, он молод душой, не унывает, верит, что у него еще все впереди...

А вот всамделишные пятнадцатилетние. Он в майке без рукавов, которая всегда считалась атрибутом нижнего мужского белья. Голые плечи обезоб­ражены татуировками. На одном плече дракон, на другом — какая-то харя. В ухе масса сережек — по всему периметру ушной раковины. Осветленные, как у женщины, волосы стоят дыбом. Вид довольно кошмарный, но еще уродливей выглядит девица. Синими губами она напоминает покойника, черными ногтями на руках и ногах — того, кто не к ночи будь помянут, а выбритые на голове дорожки похожи на проплешины, которые бывают у страдающих трихотилломанией — очень тяжелым невротическим расстройством, когда больные вырывают у себя на голове волосы, выдергивают брови и ресницы.

Такое явное обезображивание своей внешности называется в медицине “порчей образа”. Оно бывает при весьма серьезных душевных расстройствах. Но если полистать свежие журналы мод, становится понятно, кто индуцирует безумие широкой публике. Журналы причесок будто издаются в помощь ведьмам, чтобы они смогли привести себя в надлежащий порядок перед полетом на шабаш. Все представления о красоте волос вывернуты наизнанку. Всегда ценились пышные, густые волосы. Теперь с помощью особых приемов создается впечатление, что на голове три волосинки. А сколько усилий тратил парикмахер, чтобы добиться аккуратной стрижки, идеально ровной челки! Сейчас же модно стричь вкривь и вкось, сикось-накось. Вдумайтесь в само слова “прическа”. Приставка “при” означает приближение. Волосы чешут, приближая друг к другу и одновременно к голове. Теперь же модную прическу уместнее было бы называть “растрепкой” — неровные патлы еще и старательно хаотизируют. Ну и, наконец, при самых разных модах на прически никогда не оспаривалось, что волосы должны быть чистыми. Теперь их нужно специально засаливать и вдобавок превращать в паклю.

Неопрятность вообще сейчас поднята на щит. Юбки с перекошенным подолом или даже в виде лохмотьев, прорехи на джинсах, специально, художест­венно порванные пятки на чулках, рубашки, торчащие из-под свитеров или нарочно застегнутые не на ту пуговицу, обвислые футболки, трехдневная щетина... Но ведь неопрятность — тоже один из клинических симптомов. А если точнее — одно из важнейших указаний на шизофрению. Психиатри­ческому больному-хронику свойственно забывать, застегнута ли у него одежда, давно ли он мыл голову или брился...

— Да ладно вам пугать! — возмутится читатель. — При чем тут психиатрические хроники? Мало ли как люди выглядят, чтобы соответствовать моде?

Но нельзя соответствовать моде чисто формально. Мазать губы синей мертвецкой помадой и при этом оставаться доверчиво-радостным ребенком. Демонстративность, неряшество, уродство, непристойность моды диктует и стиль поведения. А стиль поведения уже прямо связан с внутренней сущностью человека. Даже те люди, которые рабски не подражают моде, все равно варятся в этом соку и постепенно привыкают к уродству как к новой норме.

Если бы великий Ганнушкин, которого мы оставили проводить воображаемый практикум на московской улице, увидел пьющую из горла пиво беременную женщину в короткой летней маечке, заканчивающейся прямо над огромным голым животом с кольцом в пупке, он бы вынужден был развести руками и признаться своим юным коллегам, что это какое-то неведомое доселе, сложное, полисимптомное душевное расстройство. Зато наши современники вообще никаких болезненных симптомов тут не наблюдают. А что? Нормально! Надо же в чем-то ходить, когда жарко! Живот голый? Подумаешь! Что естественно, то не стыдно. Ну а про пирсинг в пупке вообще смешно упоминать. Это и декоративно, и, может, там какая-то точка акупунктуры в пупке полезная. Да и потом, девушка, наверное, давно пупок проколола и просто забыла колечко вынуть. Замоталась — и забыла, перед родами, сами знаете, сколько хлопот. А пивко пускай хлещет на здоровье, ребеночек тогда будет расти у нее внутри как на дрожжах...

Сколько веков люди помнили, что женщина, которая ждет ребенка, должна вызывать чувство благоговения, ибо прообраз ее — Богоматерь! И даже в безбожное советское время благоговение еще не выветрилось. Часто повторяли вслед за одним дореволюционным писателем: “Будущая мать всегда прекрасна”, с Мадонной сравнивали... И вдруг — разом все позабыли... Прямо какое-то коллективное слабоумие получается, или, в переводе на язык психиатрии, деменция...

Но деменция эта во многом рукотворна. И законодатели мод занимают среди ее творцов далеко не последнее место. На какую головокружительную, олимпийскую высоту подняты представители этой профессии! Кутюрье, которых раньше называли модельерами и модельершами, а еще раньше — модистками, закройщиками и портными, существовали с незапамятных времен. И люди очень даже нуждались в их услугах. Мы уже говорили, что одежда играла важную декоративную роль, особенно в жизни женщин. Поэтому к советам модельеров прислушивались. Но их как-то не принято было спрашивать — тем более в печати и на телевидении! — какая экономика нужна государству, какую сторону следует поддерживать в “военном конфликте” США с Ираком, стоит или не стоит легализовать продажу наркотиков, есть ли будущее у клонирования человека и что целесообразнее: сохранить призыв в армию или перейти на контрактную службу. Люди видят это на экране, слушают по радио, читают и думают: “Он такой умный, такой важный! Вчера показали в новостях, как он присутствовал на праздничном кремлевском обеде. А этот, из Франции, с двойной фамилией, больной СПИДом, одевает королев... он вообще вчера по телевизору рассуждал о будущем планеты, и все ему смотрели в рот... Раз они такие великие, эти кутюрье, все про все понимают, значит, уж в своем-то деле они наверняка академики! Где тут у нас делают пирсинг? Надо идти...”

Как сводят с ума

Наряду с модными закройщиками “стилистами жизни” назначены теперь эстрадные певцы и популярные ведущие. Тут уже модели поведения трансли­руются не опосредованно через модели одежды, а напрямую. И представляют собой широчайший спектр психических отклонений, извращений (на профессиональном языке — девиаций и перверсий). Эстрадные певцы были популярны и раньше. Но даже если кто-то из них вел себя несколько экстравагантно, то, с поправкой на профессию, это не выходило за пределы нормы. Теперь же, по признанию самих артистов, если у тебя нет извращения или хотя бы какой-то “сумасшедшинки”, приходится что-нибудь себе придумать. В противном случае забудь о карьерном росте.

Попробуйте однажды посмотреть на экран отстраненным взглядом. Пожалуй, для этого даже лучше выключить звук, чтобы зрительный ряд проступил более выпукло. Часто уже немолодой артист или артистка задирают ноги выше головы, порывисто сбрасывают с себя одежду на сцене (страсть к пуб­личному обнажению называется эксгибиционизмом), скачут козлом, дергаются в конвульсиях на манер тяжелейшего неврологического заболевания — пляски святого Витта, или болезни Паркинсона. У них выпученные глаза, как у больных в состоянии острого психоза. Ну а если включить звук, то послышатся крики, вой, стоны, хрипы, и мы поймем, что имеем дело с безумием, которое старательно индуцируется залу.

И публика тоже начинает дрыгаться, свистеть, улюлюкать. Безумие заразительно, так что весь концертный зал, а то и стадион на время превращается в огромное буйное отделение сумасшедшего дома.

А вспомним молодого ведущего появившейся в конце 90-х музыкальной телеигры “Угадай мелодию”. Поначалу многие люди недоумевали, почему этот симпатичный парень все время принимает неестественно-вычурные позы. Почему его деревянная пластика напоминает пластику тростниковой куклы с острова Ява или движения в брейк-дансе? Люди более продвинутые успокаивали себя и других тем, что таков нынешний западный стандарт. Но ведь это тоже по существу ничего не объясняло. И лишь человек, профессионально знающий психиатрию, явственно видел перед собой очень точную, грамотную имитацию каталепсии — специфической пластики при определенных формах шизофрении. Невыносимо было смотреть на потуги участников передачи, которые пытались подражать ведущему-кукле. Выглядели они порой как-то совсем простецки, от них не веяло никакими западными стандартами. Но, вероятно, без этого “нового стиля” до участия в передаче просто не допускали.

Впрочем, это лишь предположение. А вот как около получаса натаскивали целый зал старшеклассников перед съемкой передачи “Большая стирка”, одна из нас видела собственными глазами. Женщина-режиссер командовала в микрофон:

— Когда я взмахну рукой, вы должны дать реакцию. Ну-ка, попробуем!

Подростки, часть из которых, судя по всему, была на телевидении не впервые, с готовностью заорали, заулюлюкали и засвистели. Режиссер отрицательно замотала головой и резким жестом остановила шум. Выражение лица у нее было очень недовольным.

— Вы что, спите на ходу? Поехали по второму разу! — она опять взмахнула рукой.

Юные статисты завопили и заверещали что есть мочи. Но режиссерша снова насупилась.

— Где драйв? Я не чувствую драйва! — заорала она в микрофон как помешанная. — А ну-ка еще раз! Третья попытка!

Дети, взятые “на слабо”, надрывались так, что казалось, у них сейчас кишки полезут горлом. И, наконец, заработали одобрительный кивок. Съемка началась.

Из приведенной сцены видно, что психотронное оружие — это не обязательно какие-то загадочные излучения, невидимо разрушающие человеческий мозг. Двадцати минут наглого напора оказалось достаточно, чтобы вызвать пусть временный, но массовый психоз. Да и по поводу временности вопрос спорный. Разве беснование может пройти бесследно для человеческой души? Ведь в следующий раз одного взмаха руки (или слова “драйв”) будет для кого-то достаточно, чтобы в памяти всплыла вся цепочка стимулов, приводящих к безумному буйству...

Личность подростка, участвующего в подобных массовках — на телевидении ли, на стадионе, на рок-концерте или на дискотеке, — начинает иска­жаться. Практически все родители обращают внимание на то, что ребенок становится повышенно раздражительным, агрессивным, не терпит замечаний, заводится с пол-оборота. В нем появляется какая-то непонятная жажда разрушения, пропадает сочувствие, умолкает совесть, сердце будто глохнет, достучаться невозможно. Но ведь такая сокрушительная агрессия в сочетании с душевной тупостью — одна из главных характеристик гебоидной, или ядерной (затрагивающей самое ядро личности) шизофрении! И вот гебоидные шизофреники предлагаются нашим детям в качестве образцов для подражания. Герои компьютерных игр, с которыми отождествляет себя ребенок, только тем и занимаются, что проламывают стены, поджигают дома, взрывают города и убивают всех без разбору. Гебоидными шизофрениками нашпигованы и современные кинофильмы.

Вы возразите, что они там, на экране, — отрицательные персонажи. И это возражение верно. В нормальной реальности зрители обычно сопереживают положительным героям и не приемлют злодеев. Но в реальности психогенной все по-другому. Сейчас, когда творцы “нового глобального мира” делают все, чтобы поменять полюса добра и зла, возвести зло в ранг нормы, а потом и в ранг добродетели (соответственно, низводя добродетель до уровня курьеза, а затем — до уровня порока), дети интуитивно чувствуют эту перемену знаков и хотят подражать злу, как они хотят подражать чемпионам.

У нас на психологическом приеме все чаще появляются дошкольники, которым нравятся отрицательные персонажи: Бармалей, Карабас-Барабас, Баба-Яга, Кощей Бессмертный. Чтобы почувствовать, какое это серьезное личностное искажение, постарайтесь вспомнить себя в этом возрасте и свою реакцию на сказочных злодеев. Вспомните, как вы содрогались от негодования и ужаса, когда злодеи творили свои злодейства, как хотелось помочь Иван-царевичу, Буратино, привязанным к дереву Танечке и Ванечке. А когда немного подрастали, какие проблемы возникали при игре в войну, потому что никто не желал быть “фашистом”. И на эти роли обычно соглашались дети-изгои, которым важно было на любых условиях быть принятыми в игру.

А как непросто было педагогу театрального кружка найти кандидатуру на роль отрицательного персонажа! Какие обиды часто возникали у получившего такое “спецпредложение”! Собственно говоря, у нас есть и личный опыт раздачи подобных ролей. Ставя на своих психологических занятиях пьесу по мотивам сказки Д. Н. Мамина-Сибиряка “Серая шейка”, мы раньше регулярно сталкивались с нежеланием детей играть злодейку Лису. Приходилось хитрить, выдумывать аргументы типа: “Ты такой талантливый актер, покажи класс!” или: “Только очень большая актриса, будучи хорошим человеком, способна изобразить злодейку”. Но в самое последнее время картина принципиально изменилась. Теперь не успеваем мы при чтении пьесы вслух дочитать ее до конца, как сразу несколько ребят выкрикивают: “Можно, я буду Лисой? Отдайте мне Лису! Нет, мне!”

И это в подавляющем большинстве случаев дети из культурных семей, где родители достаточно много занимаются их воспитанием. И патологии серьезной у ребятишек нет, а садистские пристрастия — как у клинических больных.

Другие образчики безумия являет нам телереклама, где здоровые мужики смачно облизывают губы, сладострастно вздыхают, пускают слюни и в экстазе закатывают глаза, почти что лишаясь чувств, когда пробуют йогурт, мороженое, пиццу. Такое утрированно-чувственное отношение к еде свойственно душевнобольным, классифицируемым как “шизоидные инфантилы”. Это дитя малое так зависит от вкусной еды, что для него отказ купить шоколадку — трагедия, а получение ее — источник восторга. Нормальный же взрослый человек, даже любящий поесть, не шалеет от одной только мысли о “вкусненьком”.

А ведь ценностная ориентация инфантила только кажется такой безобидной. И актеры, которые корчат нелепые рожи, изображая пищевой восторг, одновременно с рекламой йогурта рекламируют патологический образ человека. “Согласно теории социального научения как дети, так и взрослые приобретают определенные установки, осваивают эмоциональные реакции и новые типы поведения кино- и телегероев (Bandura, 1973; Liebert, Neale & Davidson). Ввиду высочайшей эффективности и широкого распространения телемоделирования средства массовой информации играют чрезвычайно важную роль в формировании человеческого поведения и социальных отношений”, — пишет исследовавшая этот вопрос Н. Е. Маркова в книге “Технология уничтожения” (М., 2002 г.).

Конечно, почва вспахивалась давно. Разве нормальным было поведение миллионов советских людей, которые жили как бы не помня, что другие миллионы их соотечественников, в том числе близких родственников, погибли во время раскулачивания, были расстреляны как “враги народа”, томились в лагерях? Мы не говорим о том, что надо было перестать жить, но то, что многие люди жили так, будто ничего этого вообще нет и никогда не было, свидетельствует о серьезном нравственном повреждении. Ведь они даже дома не молились о плененных и убиенных безбожными властями, а ходили в кинотеатры, устроенные в оскверненных храмах, веселились в парках, разбитых на местах бывших кладбищ. Тогда, правда, и развлечения были не такими примитивными, как сейчас, и много места в жизни людей занимала высокая мотивация: построение светлого будущего, создание передовой науки, освоение целинных земель, завоевание космоса. На следующем же витке истории нравственная порча переросла уже в порчу психическую.

Эталоны, они же симптомы

Нельзя не упомянуть и о целенаправленном расщеплении массового сознания. И в теле-, и в газетной журналистике появился специальный термин: “нарезка”. Это чтобы всего было по чуть-чуть, и все в одной куче. При этом редакторы с апломбом заявляют, что люди якобы разучились воспринимать мало-мальски объемные и серьезные материалы. Помнится, на заре перестройки режиссер А. Михалков-Кончаловский, обогащенный опытом работы в Голливуде, рассказывал об особенностях требовательной американской публики.

— Внимание у тамошнего зрителя, — объяснял он, — очень суженное, как будто они смотрят в подзорную трубу. И очень кратковременное — они его не в состоянии зафиксировать на чем-то одном дольше минуты. Поэтому в Штатах такие высокопрофессиональные фильмы: никаких длиннот, только “экшн” (action)”.

Теперь такого “требовательного” зрителя формируют и у нас. А ведь Михалков-Кончаловский, сам того не подозревая, — он же по профессии режиссер, а не психиатр — описал больных с так называемым “полевым поведением” и вниманием, выражаясь профессионально, “суженным по типу коридора”. Даже у детей полевое поведение считается нормой лет до двух, максимум до трех. А тут оно у взрослых... Комментарии могут показаться бестактными.

Лучше перейдем к краткому перечислению других патологий, провоцируемых злополучной “нарезкой”. Это и разорванность сознания, когда человек неспособен выстроить простейшую логическую цепочку. Это (снова профессиональная терминология) скачка идей. Это эмоциональное отупение, которое возникает как патологическая защитная реакция на склейку трагических известий с нейтральными и даже радостными. (“Маньяк зверски убил очередную жертву. Курс доллара остался прежним. Завтра открывается фестиваль пива”.)

А еще когда человека ежедневно оглушают таким количеством шокирующих новостей, у него возникает — тоже защитного характера — амнезия. На войне подобные расстройства памяти нередко бывают следствием контузии. В сегодняшней же информационной войне роль снарядов и бомб играет умно скомпонованная и соответствующим образом поданная информация. Контуженные ее взрывной волной телезрители с трудом вспоминают, что видели вчера. А уж политические события, за которыми они так напряженно следили год назад, невозможно восстановить в памяти даже под дулом пистолета.

А сколько сил брошено на то, чтобы приобщить как можно больше людей к различным половым извращениям, которые (может, не все это знают?) тоже относятся к разряду психопатологии! Скажем, нашумевшая телепрограмма “За стеклом”, кроме всего прочего, провоцировала такое психосексуаль­ное расстройство, как вуайеризм (попросту говоря, это когда получают специфическое удовольствие, подглядывая в замочную скважину чужой спальни). Или взять передачу “Голая правда”, где, сообщая новости, ведущие поэтапно раздеваются. И эти две передачи, и масса других поощряют вуайеризм со стороны зрителей и эксгибиционизм — отклонение, связанное с любовью к прилюдному обнажению, — участников. А как подогреваются в СМИ монстрофилия (патологическая любовь к уродству) и педофилия (еще недавно этот термин приходилось объяснять, но сейчас, увы, уже не требуется, телевидение позаботилось о просвещении масс)!

Иногда клинический диагноз поставить нелегко. Например, в телерекламе, когда вся семья, собравшись за столом, ворует друг у друга сосиски и это подается как забавная игра. Кто эти игруны: олигофрены или клептоманы? Или тут может идти речь о комбинированном дефекте?

До недавнего времени хотя бы совсем маленьких детей оставляли в покое. Компьютерные игры, идиотские книжки и даже мультфильмы с Бэтменами и киборгами — все это было еще не для них. Но теперь появились разработки, охватывающие и эту возрастную группу. А то вдруг они за первые три года жизни успеют нормально сформироваться?

“Телепузики” — первая в мире программа для младенцев до одного года появилась в Англии в 1997 г. и тут же была экспортирована в США компанией PBS (Public Broadcasting Station — Общественное телевидение (“Улица Сезам”), специализирующейся на детской образовательной продукции, — пишет уже цитировавшаяся нами социолог Н. Е. Маркова. — С самого начала производители телепередачи настойчиво позиционировали ее как обучающую... Реклама утверждала, что программа развивает воображение младенцев, облегчает их моторное развитие, способствует довербальному развитию языка и учит обращению с техникой”.

Видите, как привлекательно? Тем более что сейчас модно заниматься ранним интеллектуальным развитием детей. Но из разбора Н. Е. Марковой становится очевидно, что ни о каком интеллектуальном развитии не может быть и речи. Скорее наоборот. Как учат маленького ребенка? Показывают ему какой-то предмет или картинку и говорят: “Это — то-то”. В “Телепузиках” же словесная информация часто противоречит зрительной. Маркова приводит характерный пример: “Визуальная информация — крупный план: рука мальчика держит кусочек яблока. Вербальная информация — голос ребенка за кадром: “Это виноград”.

Или: детские пальцы держат кисточку с красной краской, раскрашивая дымковскую игрушку. Голос ребенка за кадром: “Это зеленая краска”. Так хаотизируется еще очень хрупкая психика малыша, блокируется усвоение правильной информации.

Обучают “Телепузики” и девиантному, отклоняющемуся поведению.

Н. Е. Маркова предлагает рассмотреть некоторые из моделей внедряемого поведения.

Модель поведения: для исполнения желаемого достаточно немного поныть и похлопать в ладошки.

Результат усвоения модели: пассивный характер, неспособность добиваться поставленных целей и бороться с жизненными трудностями.

Модель поведения: перед сном надо ныть, прятаться, говорить “Нет-нет”.

Результат усвоения модели: неврастения, расстройства сна.

Модель поведения: садясь за стол (на кресло, диван и пр.), громко имитировать пуканье, что вызывает веселое одобрение окружающих.

Результат усвоения модели: формирование девиантности, неразборчивости, грубости.

Модель поведения: можно лихо прыгать в любые отверстия (дьявольски похожие на открытые люки), как это делают телепузики.

Результат усвоения модели: увеличение детского травматизма. Переломанные руки, ноги и позвоночники, исковерканные детские судьбы.

“Перечислим наши предыдущие открытия, сделанные при просмотре “Телепузиков”, — подытоживает исследовательница, — склонность к асоциальному поведению, девиантности и депрессии; эмоциональная тупость, пассивность, беспомощность, деструктивное мышление, неврастения; прибавим к этому крепко усвоенные в младенчестве неправильные связи элементарного вербально-визуального ряда (ребенок будет путать зеленый и красный, яблоко и виноград и пр.), и мы получим портрет будущего неудачника и преступника — потребителя наркотиков”.

А скольким людям развинтили психику так называемым сетевым маркетингом! Наивно думать, что многочисленные приемы запудривания мозгов влияют только на покупателей. Присмотритесь к агентам, распространителям и дистрибьюторам всяких там гербалайфов, цептеров и омолаживающих бальзамов. Разве можно считать нормальным человека, который как заведенный скандирует заученный рекламный текст, нисколько не ориентируясь на реакцию тех, к кому он обращается? Они могут его не слушать, могут даже попросить выйти и не мешать работать, если он пришел со своим товаром в учреждение, — все без толку: пока этот живой граммофон не прокрутит свою пластинку до конца, его никакими силами не выключить. Согласитесь, такое поведение не назовешь адекватным. Неадекватно и то, что “специалист по сетевому маркетингу” перестает дифференцировать людей на своих и чужих, всучивая “эксклюзивный продукт” (якобы вчера еще секретную разработку военно-промышленного комплекса или лекарство, которым лечили только членов Политбюро) всем без разбору, в том числе близким родственникам и закадычным друзьям. Хотя нормальный торговец на своих не наживается.

Не реагирует одержимый распространитель и на ситуацию. На дружеской вечеринке, на похоронах, на свидании с девушкой он может в самый неподходящий момент вытащить из сумки образчик заветного товара и начать рекламную кампанию. Скажите, разве может все это вытворять человек в здравом уме и твердой памяти? И разве обязательно быть крупным психиатром, чтобы диагностировать его нездоровье?

Усугубление признаков

А как губительна для людей истероидного склада (которых на свете не так уж и мало!) оголтелая сексуальная пропаганда и призывы раскрепоститься! Может быть, не всем известно, что “истерия” по-гречески значит “матка”. Когда половые влечения гипертрофированны, особенно опасно эту сферу растормаживать, подогревать. Бытует, правда, мнение, что чем меньше себя сдерживаешь, тем лучше. В том числе и в интимной жизни. Отбросим ложный стыд — и психика якобы успокоится. Но на самом деле все наоборот. Истероидность (т. е. конституциональная особенность нормального характера) может при подобной раскачке перерасти — и нередко сейчас перерастает — в натуральный истерический психоз.

— Никогда раньше не видел таких острых форм истерии, как сплошь и рядом вижу сейчас, — признался нам один психиатр с тридцатилетним стажем работы в крупной московской больнице. — Даже истерическую дугу можно увидеть, о которой раньше только в литературе читал (это когда в состоянии истерического припадка больная выгибается мостиком. — Прим. авт.).

Позволить истеричной женщине (а истерия, по преимуществу, женская болезнь, хотя в связи с феминизацией мужчин количество истериков среди представителей сильного пола существенно увеличилось) беспрепятственно удовлетворять свои нижепоясные желания — это все равно что позволить человеку, страдающему ожирением, есть столько раз и в таких количествах, сколько ему заблагорассудится. “Раскрепостившись”, толстяк очень быстро отправится на тот свет. Но если больной ожирением вредит распущенностью только себе, то душевнобольной, которому общество позволяет распуститься, губит не только себя, но и других. Взять тех же истеричек. Раньше избытки их дурной энергии выплескивались на окружающих главным образом в виде криков, скандалов, обид, внезапных слез, которые так же мгновенно высыхали, как и появлялись. Пока общественная мораль не была расшатана, повышенное внимание истеричек к определенной стороне жизни часто оборачивалось парадоксальной стороной, т. е. ханжеством: они уличали других в тайных амурных отношениях, по принципу “куре просо снится”. Это тоже было малоприятно, приводило к конфликтам, даже к трагедиям. Но теперь, когда эротика в почете, сексуально озабоченные граждане и гражданки уже не скрывают своих истинных пристрастий. И жизнь многих семей превратилась в ад. Нетрудно себе представить, что слышит теперь муж “просвещенной” истероидной женщины, как она унижает его, как попрекает мужским бессилием, как афиширует свои связи на стороне, ссылаясь на рекомендации, вычитанные в журналах и даже услышанные во врачебных кабинетах. А поскольку истерички демонстративны, они с удовольствием устраивают свои концерты на публике. В том числе и при детях. Страшно подумать, как калечится душа ребенка, который слышит непристойные обвинения в адрес своего отца.

А какое сейчас раздолье для сексуально озабоченных учителей в школе! Валеология, уроки здоровья, элементы полового воспитания в литературе, истории, не говоря уж о биологии, в которой при желании все можно повернуть “в ту степь”. Тем более что курируют соответствующую тематику в школьном образовании поистине “достойные” люди. К примеру, старый содомит с совершенно развинченной психикой, позирующий для газетных фотоснимков в трусах и кокетливо выставляющий напоказ голые ноги, он же академик Академич образования и чуть ли не главный консультант по вопросам полового воспитания школьников. А другой психбольной, госпитализированный в свое время с диагнозом “навязчивые сексуальные фантазии и прилюдный онанизм”, теперь выступает как крупнейший сексопатолог по телевидению и окультуривает отсталых россиян, заявляя, в частности, что только в такой чудовищно дикой стране, как наша, до сих пор отсутствуют в школах уроки сексологии. Позор на весь цивилизованный мир!

Быстро, однако, реализовались наши гамбургские фантазии о сумасшедших, которые скоро будут диктовать нормальным людям свои правила человеческого общежития! И если бы дело ограничивалось только “сексуальными революционерами”... Коллеги-психиатры не раз говорили нам, что многим представителям современной власти легко можно поставить диагноз прямо по телевизору — настолько выпирает болезнь. И эти больные люди в последние годы решают судьбу целой страны. Что, опять случайность? Но в это даже малое дитя не поверит. Особенно сегодня, когда нам неустанно объясняют, что без “раскрутки” выбиться наверх нельзя.

Тогда с какой целью создаются условия для главенства безумцев, а в конечном итоге и для превращения всего мира в психбольницу без врачей?

Группа поддержки

Мы уже неоднократно писали, что многие явления современной жизни, кажущиеся хаотичными и абсурдными, обретают логику в контексте глоба­лизма. Проект создания всемирного государства предполагает не только отмену границ и единое экономическое и информационное пространство, но и отрыв людей от национально-культурной почвы, традиционной морали, традиционных норм поведения. Именно это и стоит за красивым словом “вестернизация”. Хотя на самом деле термин обманчив, ибо и в странах Запада многие воспринимают происходящие процессы как нечто чужеродное. Они кивают на Америку, но и в Америке далеко не все в восторге от новых веяний и называют их “контркультурой”, тем самым подчеркивая ее враждебность нормальной, традиционной культуре. А кто же в восторге? Кому может нравиться культура рока-секса-наркотиков, отказ от традиционных норм, уродство как эталон красоты, безнравственность и хаос? Кто способен легко адаптироваться в мире, где все вверх дном? Ну, конечно же, люди с расшатанной, хаотизированной психикой, которые и сами склонны путать черное с белым.

А с другой стороны, отказ от традиционных норм поведения калечит и здоровых людей. Мы в этом много раз убеждались, видя девочек и мальчиков из богатых семей, где родители особенно падки на новые веяния. Изначально сохранная психика таких детей деформировалась от нетрадиционного воспитания. Причем настолько серьезно, что помочь им было намного труднее (а подчас и невозможно!), нежели детям с врожденной психопатологией. Так что вывод о теснейшей связи традиционных культурных норм с психическим здоровьем — это не просто наши теоретические измышления, а результат многолетнего эмпирического опыта.

Но зачем, опять-таки возникает вопрос, глобалистам нужен безумный, перевернутый мир, в котором уродство занимает место красоты, а порок назначается новой добродетелью? Ответ на этот вопрос неизбежно выходит за пределы прагматики. По-настоящему понять глобализм без его духовной составляющей нельзя. Лишь признав, что на наших глазах строится не просто новый, а антихристианский миропорядок, мы наконец перестанем недоуменно пожимать плечами и начнем вникать в суть многих разрушительных тенденций. В частности, той, о которой мы сейчас говорим.

В уже упоминавшейся книге Фуллера приводятся интересные исторические факты. Оказывается, еще в XVIII веке случаи заболевания шизофренией в Европе были достаточно редки. “И вдруг внезапно, на переломе столетий, — пишет автор, — шизофрения появляется в той своей форме, которую уже ни с чем не спутаешь”. В течение всего XIX века количество заболеваний шизофренией возрастало. “Во Франции Э. Реноден в 1856 году опубликовал развернутые данные о распространении безумия — особенно в городах и среди молодежи, а на следующий год, в Англии, Джон Хокс писал: “Я очень сомневаюсь, что когда-либо в истории было такое же количество сумасшедших, как в наши дни”. В 1873 году Харрингтон Тьюк предупреждал, что “вал безумия медленно нарастает”, а через три года Р. Джеймисон сказал: ‘Наиболее заметным явлением наших дней стало вселяющее тревогу увеличение числа сумасшедших”.

В США же еще достаточно долго не наблюдалось роста душевных заболеваний. “Первая американская психиатрическая клиника, — рассказывает автор, — открылась в Уильямсбурге (штат Виргиния) в 1773 году. В ней имелось 24 койки, но в течение 30 лет они так ни разу и не были заняты все одно­временно. За 43 года, в период с 1773 по 1816 годы, не было открыто больше ни одной подобной клиники, а в течение следующих тридцати лет их появилось еще 22”. Заметный рост числа душевнобольных произошел лишь в XX веке, и сейчас США считается страной с достаточно высоким уровнем заболеваемости шизофренией (7,2 больных на 1000 жителей).

Фуллер, как легко догадаться, далек от православной трактовки изложенных им фактов. Но для человека верующего очевидно, что отказ от Бога не может проходить бесследно для человеческих душ. Поэтому ничего удивительного, что вспышка шизофрении пришлась в Европе как раз на эпоху Французской революции. Именно тогда была предпринята попытка отказаться от христианства, заменив его поклонением некоему Высшему Разуму. Безжалостно разрушались церкви, в алтарях на престолах восседали голые блудницы. В Америке же, которая в целом еще достаточно долго оставалась страной с нерасшатанными религиозными устоями, число шизофреников увеличивалось не столь стремительно. Зато после Второй мировой войны, когда в Штатах обкатывался антихристианский проект создания контркультуры “МК-ультра”, проблема шизофрении и прочих душевных заболеваний встала как нельзя более остро.

Сейчас принято говорить “психические заболевания”, но корень слова несколько затуманивает смысл. Хотя большинство людей знает, что “психе” переводится как “душа”, а все же, если сказать “душевные заболевания”, “душевнобольной”, ситуация проясняется.

Когда человек заболевает телесно? В большинстве случаев — когда его организм не в силах справиться с какой-то инфекцией, какими-то вредными воздействиями извне. Душа же заболевает, когда она не в состоянии побороть “вирусы” страстей и они одерживают над ней верх, завладевают ею и порой даже полностью подчиняют себе (что и называется одержимостью).

Простейший пример победы страсти над человеком — гнев психопата. Он ведь прекрасно знает (не только в 40 лет, но и в 4 года!), что кричать, угрожать, драться плохо. Но справиться с гневом не может. В состоянии аффекта, ослепленный гневом, он и убить способен. Не то что врага — близкого, любимого человека! Потом, когда накал страстей спадет, психопат будет искренне недоумевать, как это с ним такое приключилось. А иногда и вовсе не помнит, что он вытворял полчаса назад.

А что такое мания величия, как не одержимость страстью гордыни? Настолько сильная, что помрачает рассудок. Ведь рассуждая здраво, невозможно считать себя Наполеоном или президентом США хотя бы потому, что ты живешь в другое время, в другой стране и у тебя другая фамилия.

Да, в крайних своих проявлениях душевнобольные становятся без-умными, умалишенными. Это состояние раньше вызывало у окружающих мистический ужас, потому что ум считался одним из главных Божьих даров человеку. “Божество есть ум и слово, “ибо в начале было Слово” (Ин. 1:1), — пишет святитель Григорий Нисский в трактате “Об устроении человека”. — Недалеко от сего и естество человеческое. Видишь в себе и слово и разум, подобие подлинного Ума и Слова”.

Образы и лукавые подобия?

А вот что говорит со ссылкой на апостола Павла дореволюционный священник Иоанн Ковалевский: “В разуме Бог положил существенную черту Своего великого образа в нас (Еф. 4:22—23), и по этой причине с отказом от ума, этого благодатного дара неба, человек теряет все, что составляет истинное его величие, истинное его достоинство... Не большею ли частью, чтобы не сказать всегда, бывает для человека обиднее всего укор в скудоумии, чем в каком-либо другом недостатке, даже нравственном?” (“Подвиг юродства”, М., 2000, “Лепта”.)

При этом настоящий ум теснейшим образом связан с верой в Бога. “Мы имеем ум Христов (1 Кор. 2:16). И напротив — не неопытность в слове, но неимение веры” (“Толкование на 1-е послание к Коринфянам”, М., 1882 г.). Просвещенный верою ум ведет человека узким путем спасения, учит обуздывать страсти. Апостол Павел заповедовал нам, чтобы мы “не были дети умом: на злое были бы младенцы, а по уму совершеннолетние” (1 Кор. 14:20). Когда же страсти помрачают разум, который святые отцы называли светом души, человек, духовно ослепнув, становится рабом тьмы. Так, плодя безумие, антихристианские силы готовят для своего будущего правителя обширную группу поддержки. Группу или войско?

Как буквализировались сегодня высказывания апостола Павла: “Мудрость мира сего есть безумие перед Богом” (1 Кор. 3:19)! И в этом безумном мире элементарные христианские понятия могут быть сочтены сумасшествием. Поди скажи неправославным людям, что утрата невинности 17-летней дочерью — беда неизмеримо большая, нежели потеря денег, положенных в банк. Или что уход сына в монастырь не трагедия, а милость Божия. Знакомые начнут переглядываться и хмыкать. А если еще добавить, что бесы — это вовсе не метафора, может воцариться неловкое молчание. Кто-то сочувственно вздохнет: дескать, вот до чего доводит хождение в церковь. Совсем, бедняга, рехнулась...

И смотрите, что на сей раз использует диавол, эта извечная обезьяна Бога, в качестве объекта пародии: “Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым” (1 Кор. 3:18—19).

Формально этому наставлению следуют сейчас как никогда более старательно. Раньше, чтобы пробиться на ту же эстраду, все-таки нужно было иметь голос, хорошие внешние данные, умение красиво двигаться. Сейчас все это необязательно. Зато необходим “свой имидж” по принципу “чем эпатажнее, тем больше шансов на успех”. Прикинься безумным — не прогадаешь. Причем из всех видов патологий предпочтительнее сексуальные. Вон группа “Тату”, имидж которых — школьницы-лесбиянки. Вообще-то это верх безумия — так популяризировать грубое половое извращение, да еще в детской среде. Но, с точки зрения современных антрепренеров и обывателей, они умны не по годам: такая слава, триумфальное шествие по всему миру, денег вагон. Можно сказать, с младых ногтей обеспечили себе достойную старость. Другие, дуры, часами пиликают на скрипке, разучивают гаммы, заканчивают консерватории, чтобы потом работать в заштатном оркестре, а то и музработником в детском саду. А эти, мудрейшие, раз — и в дамках!

И умение рисовать теперь ни к чему. Кому ты нужен со своими пейзажами, натюрмортами, портретами, не говоря уж о батальных сценах? А вот художник Кулик, посадивший себя голого на цепь и изобразивший собаку, пошел другим путем. Ему рукоплескал цивилизованный мир, он опять же заработал хорошие деньги... Каков мудрец!

Очень мудро прославил себя и писатель Сорокин, описав в своих романах копрофагию (поедание экскрементов) и антропофагию (поедание человеков). Его мудрость оценили по достоинству и на родине, и за ее пределами. На родине в некоторых школах даже включили его последний роман, нагруженный грязными ругательствами, в список рекомендованной литературы для внеклассного чтения. Мудрым слывет и политик, на которого иногда нелишне было бы надеть смирительную рубашку. И идеологи проекта “Русский ислам” — абсолютно безумной идеи исламизации России и русских. Их мудрость признана и поощрена властями, на реализацию проекта выделены значительные средства.

Как маячит за всей этой вакханалией “мудрого безумия” глумливая усмешка ее вдохновителя! Наверное, и он считает себя большим умником, поскольку так ловко извратил смысл апостольского изречения. Ведь апостол Павел, обращаясь к христианам города Коринфа, призывал их, естественно, не к беснованию, а к исповеданию Христа и к жизни по христианским заповедям. Жизни, которая “веку сему” может казаться безумием, но которая и есть настоящая мудрость. Безумными считались среди соплеменников те, что отказывались бросить горстку благовоний на языческий жертвенник и с радостью претерпевали за это адские муки. Но в конечном итоге они оказались мудрыми даже в “веке сем”, ведь их слава пережила многие столетия, им молятся, их именами называют детей. Имена же их гонителей если и помнят, то только в связи с этими святыми мучениками.

А были среди христиан и такие, которые нарочито вели себя как безумные. На первый взгляд, подобно сегодняшним ловкачам, избравшим сумасшест­вие в качестве выгодной бизнес-маски. О юродстве тоже можно сказать, что это была маска. Но прикрывала она не хитрый расчет снискать популярность и огрести кучу денег. Нет, под маской юродства таились мудрость, просветленность, часто дар прозорливости. А главное, делалось все это Христа ради, а не ради удовлетворения своих страстей и низменных желаний. Не для того чтобы тешить беса, а чтобы при жизни не получить никакого воздаяния. Даже в виде похвалы. “Эти славные подвижники, воодушевляемые горячей ревностью и пламенной любовью к Богу, добровольно отказывались не только от всех удобств и благ жизни земной, от всех выгод общественной жизни, от самого близкого и кровного родства, но даже отрекались при полном внутреннем самосознании от самого главного отличия человека в ряду живых существ — от разума, добровольно принимая на себя вид безумного, а иногда и нравственно падшего человека, не знающего ни приличия, ни чувства стыда, дозволяющего себе иногда соблазнительные действия”, — читаем в книге “Подвиг юродства”.

Во всех житиях юродивых подчеркивается, что в тайне от людей они усиленно молились за весь мир и держали строгий пост, часто скитались, не имея ни жилья, ни вообще какой бы то ни было личной собственности.

Но и в древности, и в более поздние времена были псевдоблаженные, только внешне копировавшие поведение настоящих юродивых. Их симуляция маскировала лень, развращенность и бешеную гордыню. Именно по этой причине с XVIII в. российские церковные власти перестали признавать юродивых и не благословляли этот особый вид духовного подвига. Хотя юродивые в России не перевелись. В XX в. к лику святых Православной Церкви были причислены блаженная Ксения Петербургская и блаженный Алексей Елнатский.

В наше время, наверное, как никогда, поощряются антихристианские подобия юродства. Юродивые одевались в отрепья? Пожалуйста, у нас есть хиппи, клошары и прочие так называемые неформалы. Юродивые ходили зимой босиком? Милости просим в секту Порфирия Иванова. Усиленно постились? Да теперь целые научные институты занимаются проблемой лечебного голодания. И любителей подобных диет немало. Ну а уж то, что некоторые юродивые были почти или вовсе нагими, растиражировано ордами нудистов. Теперь на популярный московский пляж в Серебряном Бору нужно ходить с большой осторожностью. Иначе столкнешься с целым стадом голых людей, которые купаются, играют в волейбол и в карты, едят, нисколько не стесняясь своей наготы, а скорее презирая тех, кто стесняется пребывать с ними рядом.

Чем вольготнее чувствуют себя в современном мире одержимые, тем важнее сохранять критерии нормы. Для этого не нужно никаких особых дарований, это под силу каждому человеку. Безусловно, лучше, когда людей в их духовной борьбе поддерживает государство, но не стоит тешить себя пустыми мечтаниями. Глобалистское государство будет играть за другую команду. Поэтому противостоять натиску безумия придется нам самим. Хотя почему “самим”? Разве “живый в помощи Вышнего” может сказать, что он один?

Ирина Медведева,
Татьяна Шишова

Настройки просмотра комментариев
#
Marek аватар
#

Интересна реакция на происшествия, подобные изложенным в статье: аналитеги штудируют кодекс, "заинтересованные люди" ждут "отката" от тех, кого удалось придавить, кто то реагирует эмоциональным "низззя!, но никого не волнует глубина духовного падения фигурантов. Это и называется "за деревьями леса не видят.

]]>Остров свободы нравов]]>
6 августа в ночном клубе «Куба» прошла вечеринка «Первая брачная ночь». Несмотря на довольно романтическое название, происходящее было совсем не таким, как мог бы представить далекий от клубной жизни человек...

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

#

"Marek" писал(а):
никого не волнует глубина духовного падения фигурантов.

Марек, ну чему Вы удивляетесь? Сейчас это считается нормальной раскомплексованностью. Как говорят любители свободы:"Что естественно - то не безобразно." "Будет что в старости вспомнить."
В бездуховном обществе всегда властвует культ тела, в истории полно таких примеров: взять тот же древний Рим с публичными оргиями, древнюю Грецию и т.д. и т.п.
Народ ищет, чем заполнить пустоту в душе, и попутно деградирует. И внешними правилами не запретишь - правила должны быть в душе. Если нет ощущения греха - то и о стыде речи нет.

#

"senishi" писал(а):
:"Что естественно - то не безобразно."

Как говаривал Чикатило, убивая свою жертву: "Что естественно, то не безобразно".
Помню один из первых советско-американских телемостов. И меня тогда очень удивила одна развязная акмериканская особа, она в студии жевала резинку, вихляла бедрами и в ответ на вопрос с нашей стороны сказала: "Я незакомплексованная свободная женщина!" В комплексы записывают воспитанность, скромность, доброту. Один из самых убойных и проверенных приемов лукавого.

[Рим.8:31] Если Бог за нас, кто против нас?

#

Нашла, кто руководит особо раскрепощенными (увидели б они хоть раз этого красачега - сразу все комплексы на место вернулись бы):
Асмодей - демон разврата, ревности, злобы и мстительности. Он стремится внести раздор между мужьями и женами, разрушает молодые семьи, склоняет мужчин к супружеской неверности. Он входит в число демонов, наиболее часто овладевающих людьми. Его считают одним из самых зловредных демонов сатаны. По описаниям он имеет три головы: великана-людоеда, барана и быка. Эти создания имеют небольшую сексуальную распущенность. У него петушиные лапы и крылья (петух считается самой агрессивной птицей). Он ездит верхом на огнедышащем драконе.

Асмодей был одним из серафимов, ангелов, наиболее приближенных к престолу Бога.

В средние века считали, что ведьмы подчинялись именно асмодею, а маги призывали его на помощь, стараясь обратить его мощь против своих врагов. Вейер утверждал, что Асмодей управляет игорными домами.

Асмодей - Один из самых могущественных и знатных демонов. Дьявол вожделения, блуда, ревности и одновременно мести, ненависти и разрушения. Князь инкубата и суккубата ("Молот ведьм"). Князь четвертого чина демонов: «карателей злодеяний», «злобных, мстительных дьяволов» (Р.Бёртон). Начальник всех игорных домов в Аду (И.Виер). Пятый из десяти архидемонов в каббале. Оккультисты относят его к демонам Луны.
Персам он был известен по меньшей мере три тысячи лет назад как Айшма-дэв (Aeshma-dev), один из духов, составляющих верховную триаду Зла. Возможно также, что его имя происходит от еврейского слова shamad - "разрушать".
В иудейской Книге Товита (2 в. до н.э.) рассказывается история преследования еврейской девушки Сарры злым духом Асмодеем, который последовательно умертвил семерых ее женихов в первую брачную ночь. Согласно источнику, Асмодея можно прогнать, сделав курение из рыбьего сердца и печени (рыба glanos, водящаяся в реках Ассирии, согласно "Завету Соломона"), при этом курильня должна быть из тамарискового дерева. Именно так по совету архангела Рафаила поступил благочестивый Товия. "Демон, ощутив этот запах, убежал в верхние страны Египта, и связал его Ангел" (Тов. 3-8). Пребывание этого демона в Египте оставило след в культе змея Асмодея, которому поклонялись в некоторых районах Египта, и в честь которой был даже выстроен храм. Существовало поверье, что змей Асмодей и змий, соблазнивший Еву, - одно и то же существо.

#

]]>Бесноватая Европа]]>

Протоиерей Георгий Городенцев о причинах стремительного роста числа неврологических заболеваний …
Как сообщают СМИ, ежегодно Европа тратит почти 800 млрд евро на лечение неврологических заболеваний. Цифра, конечно, совершенно невероятная, в несколько раз, например, превышающая совокупные военные расходы всех европейских стран. «Возрастающая цена расстройств мозга – это бомба замедленного действия для экономики ЕС и европейского общества в целом», – говорится в докладе исследователей Европейского совета по изучению мозга. Ученые из разных стран, включая Великобританию, Германию, Швецию и Италию, исследовали более ста психических и неврологических расстройств – от мигреней до болезни Паркинсона. Экономический ущерб от них назвали «огромным и расширяющимся». По данным Европейского колледжа нейропсихофармакологии, от неврологических нарушений и психических расстройств страдают около 38% европейцев. Среди наиболее распространенных заболеваний – бессонница, депрессия, алкогольная и наркотическая зависимость.

В чем же причина этого весьма отрицательного явления? Если оценить его с позиций Православия, то совершенно очевидно, что, по крайней мере, значительная часть того, что нынешняя медицина называет психическими заболеваниями, является обыкновенным беснованием, многочисленные примеры которого описаны, например, в Евангелии. Господь сказал: «Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, придя, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого. Так будет и с этим злым родом» (Мф.12,43-45). Так случилось и с Западной Европой. Некогда погрязшая в языческом бесновании, она была просвещена светом христианства и омыта в купели крещения еще в первые века по Рождестве Христовом. Однако затем, через тысячу с лишним лет она же родила и атеизм, став его колыбелью и превратив его в массовое явление. А теперь пожинает его плоды. Бесы снова возвращаются, причем, каждый, некогда изгнанный еще апостолами, приводит, как и сказал Господь, семь других, злейших себя.

Простая арифметика: 7 + 1 = 8. Отсюда и берутся восемь основных страстей, о которых говорят святые отцы и православная аскетика. Перечислю эти страсти, это: чревоугодие, блуд, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие и гордыня. Легко заметить, что именно они и владеют сейчас сердцами подавляющего большинства жителей Западной Европы. Для этого достаточно хотя бы обратиться к ее культуре, которая эти страсти воспевает, насаждает и культивирует. Впрочем, даже оные, так сказать, устарели. Сейчас европейцы крайне озабочены насаждением у себя дома и во всем мире страстей противоестественных, в первую очередь, гомосексуализма. Это и о них апостол Павел сказал: «Они заменили истину Божию ложью… Потому предал их Бог постыдным страстям: женщины их заменили естественное употребление противоестественным; подобно и мужчины, оставив естественное употребление женского пола, разжигались похотью друг на друга, мужчины на мужчинах делая срам и получая в самих себе должное возмездие за свое заблуждение» (Рим.1,25-27). В частности, получая это возмездие в виде беснований и других психических расстройств. И действительно, как другим словом можно назвать нечто противоестественное? Можно сказать, что это нечто ненормальное. Вот и получается, что люди, неумеренно занявшиеся противоестественными, следовательно, ненормальным делами, сами становятся ненормальными в психическом смысле, т.е. становятся сумасшедшими, безумными, да бесноватыми. И что поразительно: эти сумасшедшие, безумные и бесноватые пытаются учить весь мир (в том числе и нас с вами, русских православных людей) как нам жить!!! И вправду говорили святые, что некогда наступит такое время, когда все люди будут безумствовать. А если кто не будет безумствовать с ними, то ему будут говорить: ты безумный, потому что не безумствуешь с нами (т.е. не поступаешь так же противоестественно, как и мы). Очевидно, что это тяжкое время для нас уже наступило!

Marek аватар
#

Emma Shapplin, талантливая французская певица классического направления, увлеклась ]]>хард-роком]]>, а затем и готическим трансом (может ради денег). Вот что из этого вышло:

1. Это - "Spente Le Stelle", исполняемое ею в таком виде в 90-х.

2. Здесь - идиотский видеоряд со сменой нарядов, готической скорбью безчувствия остановившегося времени, выигрывающий только за счет опошляемой им музыки. Все это видеооформление придает "звездному свету" совершенно определенный оттенок.

3. А здесь один из вариантов обезображивание самой мелодии с использованием эффекта "разорванности" и ритмическим дебилизатором, нацеленым на правое полушарие голового мозга слушателя. А потом удивляемся статистике роста депрессий и всеобщему отупению особенно юной, малозащищенной части общества...

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

Котег аватар
#

"Marek" писал(а):
Все это видеооформление придает "звездному свету" совершенно определенный оттенок.

Не поленился, загнал текст (англовариант из второго видеоряда) в переводчик. Приблизительно содержание получилось следующее:

* Вы потеряли сердце в погоне за миражем. Вы предали это сердце и я не могу остановить смерть вашего зова. Вы чувствуете боль? Вы исчезли и глупо вас ждать вечно. Забыть или не жить в настоящем, кроме ночи...

* Бег пустых мечтаний потерял себя в коротком вихре забытия или не хочет жить в настоящем, кроме ночи...

*ПР: Гаснут звезды в бледном лунном свете, слёзы любви набегают и исчезают волнами, как пустые короткие надежды разбитого сердца в отчаянии проходят мимо.

Да уж. Содержание, прямо скажем, не из веселых и радужных. Но ничего нет из того, что представлено в видеряде. Короче - муз. сатанисты нагоняют скорбь. Мелодию жалко, она - привязчивая. А с ней и депресняк.

#

]]>Метафизика греха]]>

Автор: архимандрит Рафаил (Карелин)

Одни называют грех ошибкой, другие - незнанием и неведением, третьи - оскудением добра, четвертые - болезнью души. Может быть, каждое из этих определений несет в себе долю истины, но все они недостаточны, поверхностны и бледны.

Грех – это больше, чем ошибка и уклонение от духовного пути. Грех – тайна беззакония, глубокая как бездна. Грех это сокровенная любовь души к демону – своему насильнику и врагу. Если любовь к Богу становится основой богообщения и богоуподобления, то есть вечной жизнью души, то грех это включение человека в черное поле демонических энергий; это уподобление души сатане, то есть метафизическая основа вечной смерти, падение в бездну, которое имитирует собой полет к небесам. Начало греха – темное влечение к наслаждениям, но это только верхний слой греха, под ним открывается ад человеческого сердца.

Грех уходит корнями своими во мрак древнего богоборчества; это участие в падении первоангела; грех – внутреннее богоотречение. Место Бога в душе человека занимают два идола: он сам и демон. Под всяким грехом лежит скрытый протест: «Почему я не Бог, почему кто-то другой должен управлять мной; мне не нужен Бог – я сам хочу быть свободным повелителем своего бытия».

Наслаждение это психологический момент – удар по чаше колеблющихся весов (выбор воли). Но в грехе главное другое: ненависть к Богу и стремление к иллюзорной свободе через грех.

Как человек может бороться с Богом? Также, как и сатана – изгоняя
Бога из своей души. Человек – образ и подобие Божие. Самое дорогое для Бога в сотворенном мире – любовь человека к Нему. Эту высшую ценность жизни – свою любовь – человек отдает сатане. Любовь Бога к человеку – это страдающая, распинаемая любовь. Человек, страшась величия этой любви, из-за своего нравственного ничтожества отвергает и оплевывает божественную любовь. Сатана и грешник мстят Богу посредством своего духовного самоубийства.

Нам могут сказать, что грешник не размышляет над метафизикой, он просто хочет пожить в свое удовольствие, выжать из жизни как сок из лимона всевозможные наслаждения, а до Бога или до черта ему нет дела. Но на самом деле это не так. В подсознании человек, как образ и подобие Божие, как частица неба, как дыхание божественных уст, знает, что он вовсе не земная пыль, не предмет этого мира, обусловленный его законами, не конгломерат молекул и атомов, не клеточная структура, а нечто другое - единая личность, нравственная монада; он на земле, – но не от земли. В его подсознании, таится воспоминание о потерянном рае, там тлеют угли ворвавшегося в душу ада, и в глубине сердца решается вопрос: с кем хочет быть душа – с Богом или демоном?

Грех – это выбор демона. У грешников появляется ненависть к святыни. Вспомним вакханалии, которые устраивали безбожники в монастырях и храмах; кровавую инквизицию атеистической диктатуры, где вера в Бога считалась преступлением, достойным казни. Такое состояние богоненавистничества, хотя бы в бледном отражении, переживает каждый грешник.

У некоторых само имя Бога вызывает психическую аллергию. При напоминании о христианстве они передергиваются как в пароксизме, будто Христос их личный, непримиримый враг. Заговорите с неверующим о религии, посмотрите на первую реакцию: какой сатанинский блеск злобы вспыхнет в его глазах, какой металл, похожий на стук ножен, прозвенит в его голосе. Затем он может взять себя в руки, словно спрятать когти в перчатки, но заметьте, как трудно ему продолжать этот разговор, как будто он задыхается от нехватки воздуха. Люди, умеющие держать себя в обществе и поддерживающие беседы на любые темы, вдруг переходят к явной или скрытой иронии, забыв о нормах этики и приличия, а другие срываются на оскорбления и брань. Никто не стал бы горячиться или волноваться, если бы физик выступил с космогонической теорией, где доказал бы, что сначала существовала энергия, а затем материя, что сначала был вакуум как поле сил, а затем появилось вещество. Эти теории могли бы стать предметом оживленной дискуссии, но мысль о существовании Бога для неверующего подобна удару железа о камень, от которого отлетают искры. Значит неверие – это личностное отношение к Богу, Которого отрицает сознание, но ненавидит подсознание – сфера эмоций и страстей.

Обратимся к искусству, являющемуся в некотором смысле является интимом философии и символикой психологии. Мы должны признать относительную гностическую ценность абстракционизма и декадентства, которые обнажили подсознание человека, как бы оголили электрические провода его психики и мы увидели демонические призраки, которые таились в его глубинах.
Декадентство – это культ сатаны, который воплощен в стихах Бодлера и Рембо, в романах Гюсманса и Пшибышевского, музыке Скрябина (столь любимой Лениным), современном роке, картинах Гойи и Врубеля. Декадентство – это гимн уродству, как красоте; смерти и тлению – как полноте жизни, мраку – как свету. Декадентство похоже на кривое зеркало, где человек изображен перевернутым вверх ногами: небо и бездна меняются местами. Декадентство можно определить через одно название известной книги «Цветы зла». Зло видится не в его гнусной наготе и безобразии, а как букет ярких цветов, где яд превращен в краски. Но зло имеет свое начало, ставшее личностным началом, свой духовный центр – царя ада. Поэтому декадентство сливается в единый гимн сатане.

Абстракционистское искусство хочет вывернуть наизнанку человека, заглянуть в глубь его души, как ребенок хочет посмотреть, что внутри куклы. Оттуда – из расселин души вылетают чудовища, безобразные призраки, как джины из бутылки, которых нельзя вернуть обратно. В абстракционизме индивидуальность уничтожает, как бы съедает до костей личность, и сама разрывается от внутренних противоречий и превращается в груду искореженных конструкций.>

Абстракционизм - это пляска смерти, предвидение грядущих катастроф и, в тоже время, гимн уничтожению и разрушению. В абстракционизме нет живых людей, - там только тени и призраки, там кладбище прошедших и будущих цивилизаций, а сама земля мертва, как лунный пейзаж. Даже от пламени пожаров на картинах художников-абстракционистов веет холодом льдины. Это мир грядущих катастроф больного и извращенного подсознания, мир, где царствует демон, полный ненависти к Богу

Гуманисты прошлого и нового времени игнорируют грех, свивший гнездо в сердце человека. Вообще всякий гуманизм это примирение с грехом. Язычники, чтобы оправдать грех ввели понятие некоего «сверхбожества», судьбы или рока, которым связан человек как узник цепью. Сколько бы не метался человек, он бессилен, - все обусловлено и предрешено. Судьба бросает его из стороны в сторону, как мяч на поле; его свобода оказывается мнимой, это только игра неумолимого рока: рано или поздно удар забросит его в сеть.

Если язычники считали человека игрушкой судьбы, то современные гуманистические теории хотят представить его как продукт исторических и социальных отношений, то есть опять детерминизировать его и притупить чувство ответственности за свою жизнь. Субъективно грех переживается не как оскудение добра, а как невидимое присутствие некоего темного существа. Оно давит на человека непонятной гнетущей тяжестью, похожей на тяжесть трупа. Оно парализует его волю и властно влечет за собой. Говорят, что вид огромного водопада, массы стремительно падающей и клубящейся пеной воды, вызывает у человека тайное желание броситься в эту ревущую бездну. Люди, совершившие тяжелые преступления, особенно убийства, в последствии рассказывали, что они явно ощущали повеление какого-то третьего существа.

Демонов рисуют черной краской. Черный цвет означает крайний эгоцентризм; черная поверхность поглощает лучи, а не отражает их. Грех – это потеря, прежде всего благодати. Иногда после греха человек чувствует, словно видит, что душа его покрыта мраком, как бы закутана в черный плащ. Часто после греха во сне человек видит змей – древний образ демонов.
Люди могут видеть духовный мир в двух полярных состояниях: через подвижническую жизнь (прозрение святых), или через общение с демонической силой – посредством магии и оккультизма. В первом случае, душа видит демонов как своих искусителей и врагов, как силу, борющуюся с ней. Во втором, душа чувствует себя частью сатанинского царства; этот мир давит на нее как земля на грудь пробудившегося в могиле. В первом случае, душа видит демонов как призраков, как бесплотных духов, во втором, демонический мир материализуется для оккультистов, как бы облекается в тяжелое как свинец вещество.

В демонических ритуалах присутствует три культовые действия: осквернение святыни, пролитие человеческой крови и разврат. Осквернение святыни – преступление по отношению к Богу, убийство – к человеку, разврат – против собственной души как образа Божьего. Они подобны трем рекам, текущим из ада, или ядовитым растениям, корни которых находятся в области метафизического зла…

Трагизм греха и тайна вечных мук в том, что человек уподобляется сатане, и в вечности становится единым духом с ним.

ДаГор аватар
#

Как уже повелось, о сатанизме - с мягкой игривостью и демократично! Shocked Devil

]]>Хэллоуин — канун Дня всех святых]]>
779.gif
Хэллоуин — Halloween (All Hallows Evening или Beggars Night) — ночь перед Днем всех святых (All Saints' Day). Говорят, Хэллоуину не менее двух тысяч лет. Истоки этот противоречивый праздник берет из кельтской культуры. У кельтов существовали четко обозначенные «начала времен года». Их было четыре. Самайн знаменовал собой приход зимы и отмечался 31 октября.

В 7 веке Папа Бонифаций IV утвердил 1 ноября Днем всех святых, желая отвлечь английский народ от языческих обычаев. Позже 2 ноября стало Днем всех душ — когда поминали всех умерших. Однако, традиции сохранились в народной памяти, и победить их до конца так и не удалось.

В последние годы праздник основательно возвратился в Европу, он также популярен и в некоторых азиатских странах. Дети наряжаются в костюмы чудовищ и ходят по соседским домам, выторговывая сладостей. Также устраиваются маскарады, а вокно выставляется полая тыква с вырезанными глазами и ртом и свечкой внутри, чтобы отпугнуть духов.

Кстати, тыква — изобретение американцев. А до того в Ирландии и Шотландии страшные маски, в которые потом вставляли свечки, вырезали из реп и картофелин, а в Англии — из свеклы.
1312232102_12.jpg
^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^
Представленная "красота" считается БРЭНДОМ и даже частью человеческой культуры в наше время, изобилующее словом "ПРИКОЛЬНО". Остальные красивости по ссылке ]]>Правильные костюмы для девушек на Хэллоуин 2011.]]>

Прочность карточного домика не зависит от количества в нём козырных карт.

#

Да ладно Запад, русские сошли с ума, я по майлу устал от поздравлений в связи с этим "хилым ином"

[Рим.8:31] Если Бог за нас, кто против нас?

ДаГор аватар
#

Однако, уважаемый Санди, продвинутые у Вас приятели-с! Jokingly

Прочность карточного домика не зависит от количества в нём козырных карт.

#

"ДаГор" писал(а):
Однако, уважаемый Санди, продвинутые у Вас приятели-с

Боюсь, приятели - это громко сказано, просто в майловскую гостиную кидают поздравления с этим хилым ином всем кому не лень.

[Рим.8:31] Если Бог за нас, кто против нас?

#

Монахиня Нина, псмс, очень наглядно показала начало, причины и методы создания демографического кризиса в России:

Снижение ценности материнства и отцовства как следствие разрушения традиционного уклада семьи

Полностью по ссылке.

Монахиня Нина (Крыгина)(Православный русский психолог, бывший профессор, кандидат психологических наук, ныне - насельница Среднеуральского женского монастыря в честь иконы Божией Матери «Спорительница хлебов».)

В дореволюционной России жизнь большинства населения определялась православным вероисповеданием. Государственная идеология выстраивалась на тех же основаниях, так как до 1917 года. Церковь не была отделена от государства. Следует особо подчеркнуть, что в православии предусматривается четкая супружеская и детско-родительская иерархия и признание семьи как безусловной ценности. Мужчина должен быть главой семьи, добытчиком (кормильцем) и защитником. От женщины ожидается, прежде всего, что она будет хорошей матерью, женой, хозяйкой. Дети воспринимаются как дар Божий и воспитываются в уважении к старшим.

Октябрьский переворот повлек за собой не только смену политического строя, но и резкую смену идеологии, приведшую, в конечном счете, к революции семейных отношений. Идея достижения "всеобщего равенства и братства" была прописана на уровне законодательных актов советского государства. Мужчины и женщины уравнивались в правах и обязанностях, от них ожидалась одинаковая отдача физических и интеллектуальных сил...

...Достижение долгожданного равенства мужчин и женщин (экономического, социального, политического и др.) оценивалось политическими деятелями того времени в качестве одной из главных побед социализма. Однако, учёные утверждают обратное. Психологи, социологи, демографы и др. (Ю.Е. Алешина; А.С. Волович; А.И. Антонов, В.М. Медков и др.) с горечью свидетельствуют, что такая государственная семейная политика повлекла за собой целый комплекс негативных последствий. Рассмотрим лишь некоторые из них.

1). Снижение ценности материнства. Чувство материнства не является врождённым. Учёные установили, что оно развивается у женщины, как развивается мышление, воля, воображение. Его можно формировать, а можно и подавлять, задавая в качестве наиболее значимых другие ориентиры. В советской России, прежде всего, восхвалялись ценности передовой работницы, стахановки, хотя и сохранялись отголоски прежнего, трепетного отношения к материнству. Это проявлялось, в частности, в существовании почётного звания "Мать-героиня". Однако домашний труд работой не считался. В постсоветский период стало поощряться стремление к самореализиции, к достижению личного успеха, независимости. Материнство как самостоятельная ценность в эту систему координат просто не вписывалась или вписывалась с большим трудом. Девочку с раннего детства ориентировали на примерное поведение, хорошую учёбу, затем – на выбор профессии, успехи в работе. Счастье в личной жизни, конечно же, предполагалось, но оно всегда воспринималось как сопутствующее успехам в труде. Поэтому не приходится удивляться, когда значительная часть современных российских женщин воспринимает материнство не как своё призвание, а как обузу, препятствие в профессиональном становлении, как нечто, с чем со временем надо смириться. Это вывод подтверждают, в частности, данные, полученные отечественными психологами О.А. Копыл, О.В. Баженовой и Л.Л. Баз. Они обследовали 50 беременных социально благополучных женщин, проживающих в Москве, состоящих в зарегистрированном браке и ожидающих рождения первого ребёнка. Ими было установлено, что в конце третьего месяца беременности лишь у 44% женщин была сформирована потребность в материнстве. У 18% беременность осознавалась как тупик, как препятствие, причина нарушения планов. У 33% женщин мотив, связанный с материнством, был слабо выражен: приняв решение сохранить беременность, они не проявляли яркого желания стать матерью, а скорее решили смириться с возникшей ситуацией. Эти женщины не могли представить себя в роли матери, типичными были фразы "не знаю", "не думала об этом".

Больно становится от этих цифр. Да, не зря пели с революционным задором: "Разрушим до основанья, а затем…". Вот уж где руины. И как точно выбран удар – материнство. Ведь и про Родину в нашем отечестве всегда говорили Родина-мать. Какой простой и точный расчет - уничтожив ценность материнства, сделать Родину бездетной, обречённой на вымирание.

Так что же теперь не рожать? Но Россия итак находится в состоянии демографической катастрофы, когда смертность во много раз превышает рождаемость. Хорошо ещё, что в некоторых семьях рождение малыша всё ещё воспринимается как радость в связи с продолжением данного конкретного рода. Пожалуй, только за счёт этого мы и удерживаемся от полного вымирания.

Что делать в этих условиях? Изменить установку на значимость материнства и, конечно же, рожать. Осознать, что материнство – это долг перед отечеством и залог личного счастья. Да, счастья, про которое сейчас так много говориться, но при этом указывается в совсем другую сторону. Осознать, что если каждый из нас будет думать только о себе, о том, как "взять от жизни всё", "насладиться всем" и не думать ни о чём, кроме новой информации о товарах и услугах, то мы просто скоро вымрем, отставив после себя обширную территорию с полезными ископаемыми.

2). Снижение ценности отцовства. В христианской традиции и культуре роль отца в семье особая. Отец (а слово это не случайно одного корня с отечеством и отчизной) – непререкаемый авторитет. Он является главой семьи. Отец несёт ответственность за семейное благополучие, осуществляет помощь и защиту. Он все свои действия старается согласовывать с волей Божией, понимая, что кому много дано, с того и много спросится. В этой системе ценностей российские мальчики воспитывались с раннего детства. Взрослые мужчины создавали семьи с осознанием того, что они дадут ответ перед Богом за выполнение обязанностей в отношении своих домочадцев. Так было принято в дореволюционной России. Такие требования сохранились в нашей культуре до сих пор в виде ожиданий от "настоящего (идеального) отца". Но что же наблюдается в действительности?

Врач-психиатр, семейный психотерапевт Ровенский И.Н. отмечает, что в современных российских семьях отцы часто занимают периферическое, дистанционное положение по отношению к матери и к детям. Это создаёт условия для обесценивания его роли в глазах супруги и собственных детей.

Кроме того, современные психологические исследования свидетельствуют о том, что растёт количество мужчин, вступающих в брак с инфантильными, а порой и потребительскими установками в отношении своей второй половины. Уже не так редко можно услышать выражение: "Муж – это мой большенький" (имея в виду, что муж - старший ребёнок (!) в семье). Дико! Тот, от кого ожидается поведение "главы", "защиты" и "опоры", сам нередко ведёт себя как беспомощный ребёнок.

Конечно, так ведут себя далеко не все отцы. Но современных российских мальчиков на осознанное отцовство, на отцовство как ценность особо и не ориентируют (за исключением отдельных случаев в конкретных семьях). В советской России их внимание наравне с девочками концентрировали на профессиональные успехи, а сейчас – на самореализацию, личные достижения и независимость. И почему, спрашивается, эта независимость не может распространиться на семейные обязанности, особенно, когда призывают "брать от жизни всё" и никому за это особо не отвечать? Когда воспитан в духе "всеобщего равенства и братства"? Когда и жена привыкла вести себя в жизни как "свой парень"? И значит, всё поровну, а в отношении ответственности за семью - "Ну, почему, собственно, Я..?".

Разрушение ценности отцовства не может пройти бесследно. Есть русская народная поговорка – "семья без отца, что дом без крыши". Это очень точное выражение в отношении психологического самочувствия "безотцовщины при живом отце" и "вдовы при живом муже".

Но почему же так происходит? Помимо разрушения традиционных для нашей культуры ценностей семьи, включая ценность отцовства и материнства, в качестве основных причин такого плачевного положения дел психологи выделяют ещё несколько. К ним относятся следующие:

а) увеличение количества неполных семей, когда мальчик не имеет возможности "списывать" свой поведение со значимого взрослого одного с ним пола в виду физического отсутствия такового и когда характер ребёнка мужского пола формируется под влиянием матери и бабушки, чьи модели поведения и способы реагирования он непроизвольно усваивает;

б) преобладание женщин во всей системе воспитания и образования, включая дошкольные, школьные и вузовские учреждения;

в) наличие большого количества психологически рассогласованных, дисфункциональных семей, в которых отец физически присутствует, но свои прямые обязанности в отношении домочадцев полноценно не выполняет, что также усваивается, а затем воспроизводится во взрослом возрасте в собственной семье. Причём, психологи установили жёсткую закономерность – ребёнок, выросший в уважении к своему отцу и матери, более жизнеспособен и оптимистичен. Он живёт в большей гармонии с самим собой и с окружающими. Если же уважения к родителям было потеряно, то это сказывается самым разрушительным образом и на его самоощущении и в будущем на особенностях его собственной семьи.

3). Увеличение количества безнадзорных детей вследствие хронических психоэмоциональных перегрузок у родителей. Родители приходят домой настолько уставшими после напряжённого рабочего дня, что они порой просто не в состоянии уделить собственным детям столько времени, сколько необходимо для их полноценного воспитания и образования. В этом случае дети остаются предоставленными сами себе со всеми вытекающими отсюда последствиями. У таких детей, возникает чувство собственной ущербности, ненужности. А вместе с тем резко возникает вероятность, что именно они со временем пополнят и без того многочисленные ряды современных российских наркоманов, алкоголиков или станут лёгкой добычей преступного мира.

Но главная беда, на мой взгляд, заключается в том, что такие дети не чувствуют себя любимыми в родительской семье. А тот, кто не испытал в детстве любви собственной матери и отца, не впитал её в себя как губка, тот сам во взрослой жизни нередко является беспомощным в проявлении родительских чувств.

4). Сокращение количества детей в семье. Современные российские семьи на 90% и более являются малодетными, причём 50% из них - однодетные. Массовая однодетность семьи приводит к тому, что формирование характера ребёнка проходит, как говорят учёные, через монополию наставничества родителей. А это значит, что такой ребёнок не просто лишён детских игр со сверстниками. Он развивается, не получая того многообразия переживаний, не осваивая того богатейшего опыта общения, которое можно получить только в повседневных взаимоотношениях с родными братьями и сёстрами. Когда любят друг друга, но при этом ссорятся, когда хотят быть вместе, но ещё не умеют друг другу уступать. Словом, когда сообща обучаются искусству семейного и межличностного общения.

Как отмечает доктор психологических наук В.В. Абраменкова, ребёнок, лишённый в своем детстве опыта взаимодействия в группе братьев и сестёр, вырастает эгоистичным, невротичным и, в сущности, очень одиноким. Она утверждает, что общество, состоящее в своём большинстве из однодетных семей, обрекает себя на культивирование социального инфантилизма, на формирование таких жизненных установок, при которых уже взрослый человек избегает принятия ответственных решений в значимых ситуациях.

5). Рост социального сиротства. Российская действительность такова, что 90% детей сирот являются социальными сиротами, то есть сиротами при живых родителях. Основную причину происходящего учёные видят в том, что долгие годы в нашей стране теоретически и практически утверждался приоритет общественного (обеспечиваемого государством) воспитания над семейным. На наш взгляд, высокий процент социальных сирот можно рассматривать в качестве своеобразного показателя степени разрушения ценностей материнства и отцовств, выражающемся в самоустранении от воспитания собственных детей.

Проблема социального сиротства очень тесно с проблемой роста беспризорности. Специалисты отмечают, что в современной Росси примерно такое же количество беспризорников, какое было после гражданской войны. Детей бросают или они сами уходят, в большинстве своём спасаясь от родительской жестокости. В итоге – огромное количество детей находится без надзора и не имеют постоянного жилья. Часто они попадают под влияние преступной среды. Вся дальнейшая жизнь этих детей ломается.

Проблемы роста социального сиротства и беспризорности – "одного поля ягоды". Обе они красноречиво свидетельствуют о том, к чему приводит разрушение ценностей семьи, обесценивание материнства и отцовства.

Я перечислила лишь основные негативные последствия нововведений, направленных на разрушение традиционной для нашей культуры системы ценностей, включая семейные. В связи со всем вышесказанным, я хочу особо подчеркнуть, что отказ от традиционных, очень хорошо согласованных между собой моделей поло-ролевого поведения, замена их на новые, основанные на идее достижения всеобщего "гендерного равенства", очень опасен. В конечном счёте, он неизбежно приводит к разрушению всего уклада жизни, принятого в той или иной культуре.

Прохожая аватар
#

Статья местами спорная. Есть ли у автора опыт материнства?

Позиция "государство должно поднимать престиж рождения ребенка" хорошая, но не панацея.
1. Негативно рассматривается стремление женщины работать.
Простите, в нестабильном городском мире жизнеобеспечение семьи не может держаться на одном человеке. Глава семейства заболел, потерял работу, да мало ли что - мать отвечает за своих детей. По моему скромному мнению, для стабильности семьи женщина должна работать.
2. Сетование, что лишь 44 процента первородящих испытывают потребности в матеинстве. А 33 % не могут представить себя в роли матери.
Как вообще можно представить себя в роли матери (если нет опыта няньчить младших в семье)? Не попробуешь - не узнаешь. По-моему, 44% - это очень оптимистичные цифры.
2. "Отцы присутствуют в семье номинально".
Большая часть населения России - городская. Уклад городской жизни, с современными 12-часовыми рабочими днями, к сожалению такой. Поднимай - не поднимай престиж, это не изменится.
Самый идеальный папа в лучшем случае успеет десять минут почитать ребенку перед сном. А в худшем возвращается с работы, когда дети уже спят. Единственная ситуация, когда отец действительно полноценно воспитывает детей - семья в сельской местности.

Батин аватар
#

"Прохожая" писал(а):
Самый идеальный папа в лучшем случае успеет десять минут почитать ребенку перед сном. А в худшем возвращается с работы, когда дети уже спят.

Еще есть выходные. Все от папы зависит. Кто хочет, тот находит возможность для общения с ребенком даже в очень сложных обстоятельствах. В остальном - в целом согласен.

#

Статья неплохая, но все же не все объясняет. Смена патриархального строя связана даже в большей степени не с революцией как таковой (хотя и с ней тоже), а с индустриализацией страны. Экономические приоритеты горожанина совершенно другие, чем экономические приоритеты сельского человека. Жизнь селянина подчинена сезонным природным циклам, горожанин зависит от работы другого горожанина (заводы, поставщики товаров, услуги быта). Женщина на селе – прежде всего мать-воспроизводительница (извините за циничное слово), т.е. главная ее цель – воспитание детей и домашняя работа, мужчина на селе – хлебопашец, работник физического труда, потому как если он не будет работать, его семья умрет с голоду. Чем больше рабочих рук в семье – тем меньше риск голода. Городу не нужна большая демография, житель города зависит не от природы, а от других горожан. Соответственно у горожанина больше свободного времени, женщина более эмансипирована и не зависит от мужа так, как сельская жена. Далее жилище сельского человека более гибко, потому как возможны разного рода пристои, расширения. Родил сына – сделал пристрой, благо недвижимость, земля, это позволяет, даже если это аренда, а не собственность. Горожанин в этом плане более стеснен, хотя с другой стороне, меньше пространства – больше комфорта. Рождение ребенка требует кардинальной смены жилья, а это зависит уже от совершенно других людей. Урбанистический уклад ограничивает рождаемость.

[Рим.8:31] Если Бог за нас, кто против нас?

Батин аватар
#

Санди! В связи с поднятым вопросом интересует вот что. В какие периоды отечественной истории прирост населения городов все же имел место быть? Прирост именно за счет рождаемости. Были такие периоды? или неуклонно вниз под гору?

#

"Батин" писал(а):
Санди! В связи с поднятым вопросом интересует вот что. В какие периоды отечественной истории прирост населения городов все же имел место быть? Прирост именно за счет рождаемости. Были такие периоды? или неуклонно вниз под гору?

Константин, вы не совсем меня правильно поняли. Я говорю о том, что ТЕМПЫ роджаемости в городе на порядок ниже, чем на селе. Городская семья – это примерно полтора ребенка (один-два ребенка, три почти что уже многодетными считаются), сельская – четыре-пять (три – это минимум).
Поэтому и прирост населения в городе ниже. Прирост населения (вне зависимости от экономического уклада) чуть выше в периоды послевоенного, послекризисного времени. Например, мне приходится спорить с антипутинистами, которые утверждают, что в отрицательной демографии виноват Путин. Но возьмем все постсоветские страны. Белоруссия потеряла за 20 лет около 20% населения, Прибалтика 15%, Украина 15%, Армения 20% (называю по памяти, но если что можно свериться по Википешке) . Прибавили в демографии только страны Средней Азии и наши кавказцы. За счет 2 факторов: послевоенный (послекризисный) прирост (обычно длится 10-12 лет, потом спад) и преобладание сельского уклада.

[Рим.8:31] Если Бог за нас, кто против нас?

#

"Санди" писал(а):
Смена патриархального строя связана даже в большей степени не с революцией как таковой (хотя и с ней тоже), а с индустриализацией страны.

Санди, в статье речь не совсем об этом. Рассматривается вопрос об утрате семейных ценностей и, как следствие, разрушение института семьи.
"Прохожая" писал(а):
1. Негативно рассматривается стремление женщины работать.

Прохожая, не могу с Вами согласиться по причине того, что женская работа рассматривается в контексте подмены понятий. В советское время женщина-стахановец была поставлена выше женщины-матери, а в постсоветский - бизнес-леди (превыше всего имидж и достижения). Понятно же, что сейчас мало у кого есть возможность не работать и заниматься домом, но это не значит, что работа должна ставиться выше семьи.
"Прохожая" писал(а):
2. "Отцы присутствуют в семье номинально".

Насколько я поняла матушка Нина говорит о психологической дистанции.

"Прохожая" писал(а):
Есть ли у автора опыт материнства?

Да.

#

"senishi" писал(а):
Рассматривается вопрос об утрате семейных ценностей и, как следствие, разрушение института семьи.

Так семейные ценности в городе более хрупки, чем на селе. Село - это община маленькая семья, иногда человек боится что-то сделать из-за огласки. А город - это мегаполис, каждый сам за себя. Больше искушений, больше свободы, утрата связи с родной землей. Человек может поменять по десять раз за год работу. Человек в городе больше одинок и психологически неустойчив. Город автоматически разрушает психологию неустойчивых людей, соответственно все это не может не отразиться на семье.

[Рим.8:31] Если Бог за нас, кто против нас?

Marek аватар
#

"Санди" писал(а):
Город автоматически разрушает психологию неустойчивых людей, соответственно все это не может не отразиться на семье.

Совершенно справедливо. Урбанизация зациклила на себе все человеческие идеалы и ценности, уничтожая патриархальную культуру. Всем известен термин "одиночество в большом городе". Человек удален от природы, живет по расписанию, вынужден работать не по интересу, а "где лучше платят" и т.д. Это отразилось и на вере, и на психике. Хотели большего комфорта, чистоты, защищенности, но попались в ловушку к "хозяевам". ИМХО хорошо уже то, что этот момент уже четко осознается, а значит рано или поздно адекватные действия последуют и приобретут всеобщий масштаб. Плохо то, что множество навыков утеряно. Но не безнадежно, все и всегда можно восстановить. При желании.

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

Marek аватар
#

]]>Оппозиционность – это психическая болезнь]]>

Американские психиатры давно включили активные протесты против власти в перечень девиантных проявлений. Низкую протестность в США (в отличие от Европы) они объясняют как раз тем, что оппозиционеров фиксируют ещё в детстве и начинают лечить в дурдоме. Всего же склонность к борьбе против власти имеют 3-5% людей.

В 2009 году американский журнал Psychiatric Times вышел со статьёй «ADHD & ODD: Confronting the Challenges of Disruptive Behavior» (Вызывающее оппозиционное расстройство и синдром дефицита внимания с гиперактивностью: борьба с вызовами агрессивного поведения). В ней психиатры рапортовали о новых методах «лечения оппозиции». Эта статья дала повод многим психиатрам США снова вернуться к проблеме «протестного поведения», а также пересмотру такого диагноза, особенно актуального рамках либерализации социально-политических отношений, проводимых президентом Обамой.

Вызывающее оппозиционное расстройство в статье определялось как «модель негативистского, враждебного и демонстративного поведения без серьезного посягательства на основные права других людей, которое проявляется в поведенческих расстройствах». Среди симптомов этого заболевания «частый вызов или отказ выполнять просьбы и правила взрослых», а также «частые споры со взрослыми».

Исследования показали, что детей с таким симптомом насчитывается 3-5%, взрослых – 4% (с тенденцией понижения численности к старости). 40-45% таких личностей имеют склонность к алкоголизму.

Американский доктор философии и психиатр Брюс Левин не так давно подробно разобрал, что кроется за диагнозом ADHD & ODD.

Он упоминает, что за время своей длительной практики сталкивался с сотнями таких «больных». «Меня удивило, как много среди них людей, настроенных против авторитарной власти», – вспоминает он. «Больные» ставят под сомнение легитимность любой власти, прежде чем воспринимать её всерьез. Нормальность власти определяется ими так: знает или нет эта власть то, о чем она говорит, честна ли она, заботится ли она о людях, которые уважают власть. И если «больные» видят, что на эти вопросы даются ответы «нет», они начинают ей сопротивляться.

Чтобы совсем наглядно представлять, кто такой «оппозиционный больной», можно вспомнить книгу и фильм «Пролетая над гнездом кукушки». Там персонаж Рэндл Патрик Макмерфи, восстающий против Системы (в лице медсесеры и в целом дурдома) по американским психиатрическим меркам – типичный оппозиционер.

«Некоторые активисты жалуются, что таких оппозиционеров мало в США. Одна из причин этого состоит в том, что многих естественных противников власти в настоящее время определяют на лечение к психопатологам, и назначают им лекарства ещё до того, как у них появится политическое осознание и представление о гнёте властей над обществом», – пишет Левин. Очень большую роль играют родители – большинство из них своевременно рассматривают в ребёнке оппозиционера, и отправляют его на лечение к психиатрам.

В лечении оппозиционеров надо идти до конца, напоминает Левин. Он припоминает много случаев, когда излечение останавливалось на полпути. «У таких людей была тревога, что неуважение к власти приведет их к финансовой или социальной маргинализации. Одновременно они страдали, что приходится уступать авторитарной власти», – сокрушается психиатр.

Излечение оппозиционеров проводится с помощью таких лекарства, как Аддерал и Ксанакс. Но примерно 30% больных так и не поддаются лечению. В общей сложности это примерно 1,5% от взрослого населения (среди них преобладают мужчины – примерно 1,2% от числа населения). Брюс Левин говорит, что есть способы и их отвлечь от борьбы против власти – это творчество. Ещё один способ – уже в детском возрасте платить им за какую-либо домашнюю работу или даже за чтение Библии. Деньги и индивидуальное творчество – вот две ниши, с помощью которых «больных» можно отвлечь от оппозиционной деятельности.

Впрочем, напоминает Левин, такие «больные» на переломных этапах истории принесли много хорошего Америке: это и отцы-основатели США (которых сегодня стали бы лечить Ксанаксом) и общественные деятели конца 1960-х. Т.е. в определённых, регулируемых сверху количествах такие люди нужны (плохо – когда их много). «Американцам крайне нужны антиавторитарные властеборцы, которые будут ставить под сомнение, бросать вызов и оказывать сопротивление нелегитимным властям и восстанавливать веру», – резюмирует Левин.

Стоит добавить, что в СССР в 1960-80-е психиатры (видимо, под напором властей) придерживались тех же взглядов, что их коллеги из США – оппозиционная, диссидентская (в случае СССР) деятельность является психическим заболеванием. Как правило, таким «больным» ставился диагноз «вялотекущая шизофрения», чуть реже – «гебоидное расстройство» (обычно – у молодёжи).

Можно напомнить, как определяли тогда психиатры больных «вялотекущей шизофренией»:

«Данные больные имеют поверхностные контакты с окружающими, оппозиционное к ним отношение (в том числе и к членам семьи), причём оппозиционность, негативизм принимают гротескный, утрированный характер; поведение отличается неадекватностью, обычно включает элементы дурашливости. Мышление носит аморфный, иногда паралогичный характер. В поведении больных отмечаются расторможенность (в том числе и сексуальная), извращение влечений, нередко импульсивность, стремление к бесцельному времяпрепровождению. Инфантильные и внушаемые больные легко входят в антисоциальную среду, обычно склонны к злоупотреблению алкогольными напитками и наркотическими средствами, бродяжничеству, беспорядочным сексуальным связям. В связи с этим раньше их относили к группе так называемых нравственно помешанных».

Впрочем, по прошествии времени оказывалось, что многим советским диссидентам, которые признавались психбольными якобы за свою политическую деятельность, на Западе подтверждали такие диагнозы. Вот ряд таких примеров:

«Есенин-Вольпин после выезда из СССР подвергался лечению в психиатрической больнице Рима. Когда же по выходе из этой больницы он подал ходатайство о выезде на жительство в США, у него возникли трудности в связи с тем, что американский иммиграционный закон не допускает въезда в страну умалишённых. Цукерман, приехав в Тель-Авив, снова попал в психиатрическую больницу.

Титов по выезде за границу лечился сначала в итальянской, затем в парижской психиатрической больнице. Якобсон находился на излечении в психиатрической больнице в Израиле. Файнберг лечился в психиатрической больнице в Париже. Строева лечилась там же, а после выхода из психиатрической больницы в новом припадке душевной болезни покончила с собой».

Власти России, с поспешностью восстанавливающие сейчас карательные атрибуты СССР (ЛТП, «химия», политические статьи, политруки в виде священников, и т.д.), наверняка возродят и ещё один реликт – принудительное психиатрическое лечение для оппозиционеров. Возможно, многие из них и вправду больны и заслуживают госпитализации в дурдом. Но по старой русской привычке в смирительную рубашку будут одевать всех скопом («потом как-нибудь врачи разберутся»).

А родителей, как это происходит в США, будут убеждать вовремя обращать на странности своих детей и принуждать обращаться к психиатрам.
_____________________________________
Laughing Опять психиатры влипнут, если эту практику восстановят. Одно дело, когда тебя "карательным психиатром" обзывает тот, кто брал себе к аватару слова "Да воскреснет Бог...", а на аватаре изображалось зеленое знамя ислама. И другое дело, когда политическую деятельность начнут подгонять под диагнозы да еще и в детском возрасте. ИМХО существуют и другие, в частности - законодательные способы воздействия. Но тулить шизофрению распоясавшимся от безнаказанности истерическим и паранояльным психопатам - последнее дело. Большинство психопатов можно угомонить фактом НАКАЗУЕМОСТИ, а для этого необходимо соответствующее законодательство.

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

#

Не совсем по теме. Где то в начале у нас с Гостьей был разговор по поводу повального детского увлечения вредоносными куклами Барби, Братц и пр.Недавно нашла противоядие:




64aac20e966a_0.jpg
tilda_lico.jpg

Все эти куклы сшиты отнюдь не мастерами и ничего сложного в их изготовлении совершенно нет. Плюсы: в отличие от всяких Барби они уникальны, очень модные, без вызывающей сексуальности. Не говорю уже о том, что игрушка, сделанная своими руками несет в себе душевное тепло.
Ссылки на мастер-классы:

]]>http://www.tilda-mania.ru/forum/68-826-1]]>
]]>http://club.osinka.ru/topic-59000?highlight=]]>
]]>http://matushki.ru/viewtopic.php?f=41&t=5488]]>
]]>http://www.tilda-mania.ru/forum/68]]>
По ссылкам еще можно и зверушек сделать.

Marek аватар
#

Либо это что то из раздела глубокой деградации личности в психиатрическом аспекте, либо какое то уж слишком изощренное нападение на Ислам. Shocked
]]>Упражнение в халяльной некрофилии: Секс мертвым мужем тоже разрешен]]>
(С):
- Возмущенные египетские женщины привлекли внимание всего мира к проекту закона, который пытаются протащить через парламент салафиты. Закон, среди прочего, разрешает мужу совершать половое сношение с покойной женой – на протяжении шести часов после смерти. Проект закона основан на фатве марокканского теолога Абдуль-Бари Замзами.

- Замзами утверждает, что брак продолжает быть действительным даже после смерти одного из супругов. По мнению шейха, хороший мусульманский брак заключается на небесах, и потому ( в его глазах) не может быть аннулирован прекращением земного существования. Замзами говорит, что после того, как жена умерла, муж может помыть ее тело и совершить с ним половой акт. Замзами говорит, что мусульманская религия не запрещает секса с трупами, в случае, если при жизни был заключен законный брак. По мнению шейха, жена также на прощание может насладиться сексом с помершим супругом, правда, не описывает, каким образом. Замзами говорит, что некрофилия – секс с умершей женой – халаль (религиозно приемлема в исламе). Супружеская связь не заканчивается смертью, сообщает теолог. В качестве доказательства он приводит суру Корана, в которой говорится о том, что жены отправляются на небеса с их скончавшимися мужьями. Он также говорит о том, что представление о том, что смерть аннулирует брак не соответствует тому, что написано в Коране и хадис.

123.jpg

- Начальную мусульманскую реакцию на фатву Замзами (май 2011-февраль 2012) можно охарактеризовать как разъяренное бешенство. На множестве форумов правоверные называют уважаемого теолога “грязной свиньей”, “собакой” и , в лучшем случае, “извращенцем”. Критики корректно указывают на то, что подобного рода религиозные декреты “лишь раздувают еще большую ненависть к исламу как к религии, и к нам, ее представителям”. Они также пишут, что идея секса с трупом может прийти в голову только очень, очень извращенному человеку, чье место в мире животных – ниже крысы: “крысе не придет в голову трахать мертвую крысу, но у наших теологов, очевидно нет более настоятельных задач, которыми занять себя, и им более не на что тратить время и ресурсы –лишь на подобного рода тошнотворные исследования”. Пожелания паствы Замзами заставляют вздрогнуть: “Да будет проклято чудовищным проклятием имя, твое свинья, извращенные мозги которой исказили облик ислама”
______________________________________
Полностью по ссылке.

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

Marek аватар
#

Этот и подобные ему материалы достойны многократных перепостов по всей Сети, чтобы дошло до любителей экспериментальных приключений.

Техника безопасности поведения в толпе.

Понятно, что собственно митинг - это еще не страшно. Ну, собрались люди, ну, высказываются, выкрикивают речевки, улыбаются друг другу. Это нормально. Но любой (!!!) митинг может превратиться в неконтролируемую обычными методами толпу - под влиянием страха, ярости, слухов, провокаций, непродуманной организации, просто недоразумений. И именно к этому нужно быть готовым.

Давайте забудем, что...

1. Ошибочно думать, что "агрессивной бывает только толпа гопников", а уж наши-то единомышленники в случае чего поведут себя достойней некуда. Ни фига подобного. В толпе адекватны не самые умные, а психологически подготовленные, те, кто отдает себе отчет: вот она, толпа, она такая, она ведет себя так-то, моя задача мне ясна.
2. Также давайте отбросим иллюзию "уж со мной-то никакой паники или ярости не случится, я ведь все знаю". В толпе у большинства людей резко снижается интеллект, критичность к собственным действиям, повышается восприимчивость к чужим действиям и внушаемость. Мы все подвержены этим эмоциям, особенно если пришли не поглазеть,а высказаться вместе с другими. Поэтому надо всегда отслеживать свое внутреннее состояние (хотя понятно, что это не панацея). Рекомендую при появлении импульсивного желания задать себе вопрос "и чо?". И ответить на него. Иногда помогает. Вас толкнули? И чо? Вы сломаетесь? Начался ливень? И чо? Вы впервые под дождь попали? Все побежали? и чо? Вы хотите медаль? Наших бьют! И чо? Вы чиста посоны на раёне? Никого не пропускают! И чо? Пройдете потом. И т.п.
3. Вообще самоирония - она спасает.
4. Если что-то происходит, не надо в толпе вести сложные споры. Интеллект здесь не в почете, особенно в критической ситуации. Все наши слова и действия должны быть простыми и ясными, и по смыслу, и по звучанию.

Давайте запомним, что...

1. В толпе правых нет. В том смысле, что прямо сейчас, находясь в толпе, вы никогда (!!!) не можете определить, чьи действия адекватны, а кто однозначно козел или провокатор. Дома, за чаем, проглядывая фотографии и видеозаписи - да, но стоя в толпе - нет. Поэтому не предпринимайте никаких действий, если они не продиктованы совершенно очевидной, 1000000%-ой, бесспорной необходимостью защитить себя или других. Более того - именно на этом эффекте "все пошли, и я пошел" основаны практически все провокации.
2. Давайте примем, что защита в толпе - это не драка. Силовое воздействие - в самую последнюю очередь. Защитить можно, удержав людей, или перенаправив их стремление. И это чаще всего можно сделать без мордобоя.
3. Никогда не делаем того, чего не понимаем. Пусть сколько угодно орут "там наших п**дят!", "там беременную пнули!", "снайперы!!!", "там зачистка, спасайтесь все!!!". Каждый мог убедится, какие такие беременные всплывают на общем повышенном фоне. Ввязаться в драку ни за что или удариться в бегство ни от чего еще легче, чем принять пацана-дистрофика за женщину на 9 месяце. Вот пока лично вы не оцените характер события и степень опасности - не лезьте и не давайте вовлечь других.
4. Не доверяем громким звукам, активным призывам, женским визгам. Т.е. если это началось - удесятерите внимание, но сразу не рвитесь в сторону звука или от него, сначала постарайтесь понять, что происходит.

Вход в толпу.

1. Пункт 1 и главный - лучше не входить. Если можно не лезть в толпу - не лезьте.

2. Если все-таки пошли, думайте, как будете выходить. Обязательно отследите заранее, где толпа гуще, где реже, где открыты улицы, а где нет, где эпицентр, и где периферия и люди стоят свободно.

3. Сами для себя поставьте цели пребывания в толпе. Реализовали - вышли.

4. Лучше всего идти группой, причем, как ни парадоксально, разнополой. Еще лучше, если мужиков будет в 2 раза больше, чем барышень. У мужчин в толпе, если они защищают женщин (психологически готовы защитить и допускают такую возможность, а не просто заодно идут рядом), биологически повышается мышечный тонус и уровень тестостерона, а само присутствие девушки все-таки удерживает от совсем яростного стремления пойти в отрыв и показать всем. Правда, тут важный момент - надо, чтобы цели всей группы совпадали. Иначе, если баба рвется на баррикады, а мужик хочет мирно поскандировать лозунги и все, то на этом разрыве целей она будет не сдерживающим стимулом, а элементом психологической накрутки.

И еще важно: при повышенной боеготовности и за банальный толчок в спину (естественное для толпы дело) иногда хочется дать его автору в табло. Этого делать не надо. Лучше всего улыбнуться ему. Улыбка - это скрытая, но приемлемая угроза. И вы свое дело самца сделали, и человек вроде как предупрежден, а в то же время и не в обиде...

5. У толпы есть география. Как правило, самая плотная часть - начало колонны или центр событий. Если колонн или центров несколько, то возникает, соответственно, несколько скоплений. Но принцип один - ядро и периферия.

При этом самое опасное в динамическом отношении место - именно граница между ядром и периферией. Этакая конвективная зона. При панике, массовой агрессии в варианте "побежали!" именно она - самый стремный участок.

Если в ядре возникает нечто непредвиденное и однозначно активное (агрессия или паника), то там, по крайней мере, все стоят достаточно плотно, и чисто физически удерживают и друг друга, и противника, если он есть. Там все-таки есть некоторое удерживающее, инерционное поле, к тому же крепче психологические связи и виднее ситуация.

А через конвективную зону можно проследовать достаточно свободно. И если ядро вдруг рванется назад, то при его плотности оно сметет эту границу между собой и периферией за несколько секунд. То же самое случится, если кто-то сзади побежит "на помощь" ядру: всех на границе притиснут и буквально вомнут в ядро, и не факт, что безболезненно. Кстати, "нажать сзади" - один из самых эффективных приемов провокаторов: вы стоите, и вдруг сзади вас начинают быстро толкать вперед, буквально нести на что-то вам непонятное. Мои соболезнования.

Поэтому лучше всего стоять не на границе, а либо уж в ядре, либо (что безопаснее) в 30-50м от границы ядра и периферии и ... в стороне. Сбоку. Так у вас больше степеней свободы.

6. Рекомендую, если вы в группе, "чувствовать локоть", т.е. стоять буквально плечом к плечу. Тогда меньше опасность неожиданного разобщения вашей группы при движениях толпы.

7. Держимся вдали от стен и построек, если между ними нет однозначно открытого сквозного (!!!) прохода. И ни в коем случае не прячемся за торговые палатки, кабинки туалетов и прочие временные сооружения - если что, толпа сковырнет их в момент.

Отслеживание ситуации.

1. Крутим головой все время. Понятно, что в толпе всегда возникают какие-то водоворотики, явленьица и непонятки, не надо бояться всего. Но если начинается что-то действительно серьезное (передние ряды резко подаются назад, впереди возникает затор, сбоку врезается другая толпа, начинаются провокации), то лучше это заметить как можно раньше. Время будет дорого.

2. Посмотрите на соседей. Как они себя ведут? Соответствует ли их поведение вашим задачам и вашему видению? Может, вам поменять дислокацию, пока можно?

3. Если у вас некое шествие, обязательно отслеживайте боковые проходы. Впрочем, и на стационарной площадке рекомендую смотреть, как меняется (и меняется ли) география толпы, куда можно будет уйти в случае чего и проч.

Критические моменты

1. Резкое движение толпы. Изменение направления или скорости. Это значит, что где-то что-то произошло. Может, хорошее, а может, и не очень. Поэтому важно понять вектор. Рекомендую не торопиться и не тормозить движение, а идти со скоростью потока, и посмотреть, куда можно уйти в случае реальной опасности (напр., толпа побежала).

2. Затор или резкая остановка. Именно этим способом вожди оппозиции по сути спровоцировали беспорядки на последнем марше. Задние оказались в ситуации давки, когда упершаяся в затор часть толпы резко остановилась, а задняя ничего еще не поняла. Толпа, т.о., оказалась во власти слухов. А передняя часть группы, которая оказалась между затором и ограждением, стала заложницей ситуации "ни вперед, ни назад". Если вы перед затором - плавно снижайте темп и старайтесь утихомирить идущих сзади простыми словами: "впереди стоят, сейчас пройдем". Первая реакция - на первые слова. Она должна быть простой (это толпа, а не диспут по философии). А потом уже, через несколько минут, люди будут готовы к нормальному диалогу.

Если вы между затором и следующей преградой, старайтесь неторопливо, но настойчиво отойти в сторону от магистрального движения. Просто так заторы в толпе возникают редко, им всегда есть какая-то причина.

3. Давление толпы. Во всех этих случаях оно неизбежно. Рекомендую, если вы один, спокойно следовать за колебаниями толпы (когда она стоит, колебания тоже есть) и не тратить силы. Если вы в группе, оптимальный вариант - девушек в центр, мужики по краям и лучше спиной к давлению. Лицом к лицу с другим человеком легче вызвать агрессию, а каре самцов с самками в центре - древний биологический способ, он, в общем-то, понятен всем и к тому же мобилизует. Потом, когда человек в толпе смотрит на вашу спину, он интуитивно считает, что вы - не просто группа в толпе, а очередь перед ним. Да и общаться со спиной, предъявлять ей претензии не каждый станет. Вообще здесь задача мужика - не давить других, а спокойно выдерживать их давление.

Если нужно, сцепитесь локтями.

Из вербальных воздействий рекомендую умеренный юмор по отношению к ситуации вообще (но это если вы остроумны, у меня вот не получается), спокойное указание на обстоятельства ("мужик, ну мы все стоим!"), отвлекающие вопросы.

4. Женские визги. Они сильно и резко невротизируют толпу (опять-таки биологическая реакция). Не ведитесь! Очень может быть, что там и впрямь что-то происходит (хотя дернуть бабу за волосы до визга - тоже провокаторский прием) , но если вся ваша группа рванется на визг, увлекая за собой еще N человек, последствия могут быть куда худшими. Не знаешь - не делай.

5. Если толпа начала движение (не побежала). Во-первых, не пытайтесь удержать толпу силой - это нереально. Если хотите уйти - следуйте направлению толпы и при этом смещайтесь в сторону. Если не можете двигаться (напр., за вами стена, или кто-то из ваших травмирован) - плотно сцепились (лучше еще кого-то привлечь из других групп) и ритмично (!!!) скандируем: "все-влево!" - называя направление обхода. Или просто - "ту-да! ту-да!" показывая направление. Зря смеетесь - это помогает, проверено. Вообще ритм в толпе выделяется из общего фона (не случайно все кричалки - ритмические). Но здесь важно дать людям реальное направление прохода, а не загонять их в тупик - вас же потом и сомнут.

Если вы сами в тупике - это очень и очень плохо. Готовьтесь без шуток бороться за жизнь, если не сможете остановить толпу или если вам не помогут (иногда она останавливается сама, все зависит от ситуации). Единственный разумный вариант - отвернуть толпу, как мы только что говорили. Но это тоже не всегда удается. Если вы уже в тупике (особенно в туннеле) - собрались, сцепились локтями с соседями, повернулись спиной (!!!) к давящим сзади и осторожно, по шагу, со словами "на-зад! на-зад! сте-на! сте-на!", скандируя в ритм, уже с силой давя на толпу, пытаетесь выбраться. Мне помогло, надеюсь, и вам поможет. Но здесь надо обязательно (!!!) организовать всех ваших соседей, в одиночку не справитесь.

6. Толпа побежала. А вот это – п**дец! Здесь, если вы один - вам повезло. Бегите вместе с толпой, уходя вбок, и неважно, куда, главное, чтобы не в толпу и не в замкнутое пространство. Рекомендую по возможности забираться на капитальные строения или грузовики и ложиться (!!!) на крышу. Только быстро, потому что за ногу схватят, это как пить дать. На все, что не из камня, лучше не лезть, толпа иногда сносит очень крепкие на первый взгляд постройки, типа ларьков.

Если вы в группе, делаете то же самое, только сохраняя жесткую оборону, расталкивая всех, кто на вас налетает (как толкать, тоже обсудим). Если кто-то упал - поднимайте, толкаясь, давя спинами на бегущих - как угодно, но поднимайте.

Не падать!!! Если упали - сгруппировались, подтянули ноги и вставайте по движению толпы, хватайтесь за куртки, плечи, но ни в коем случае не хватайте людей за ноги. Если на вас упадут - не встанете. Но это вообще-то большая проблема - встать в бегущей толпе.

Ни в коем случае нельзя стоять на пути бегущей толпы. Хоть как, хоть с какой скоростью, но двигаться и одновременно уходить вбок.

Если вы пробежали, продрались в некое узкое "горлышко" и оказались на широком пространстве, не торопитесь останавливаться - обычно люди по инерции пробегают еще метров 30. Не поленитесь, пробегите с ними, а потом уже приходите в себя.

7. Человек на земле. Старайтесь поднять его как можно быстрее, но при этом будьте готовы, что вас могут толкнуть. Т.е. будьте готовы удержаться на ногах. Вообще есть 2 варианта: или вы заходите по направлению движения толпы, берете его за руку и резко поднимаете, сразу переходя на движение в толпе, или стараетесь удержать толпу, упираясь спиной, давая упавшему подняться самостоятельно. В бегущей толпе предпочтителен первый способ, в движущейся или стоящей - второй.

Если толпа двигается, а вас несколько, при образовании барьера скандируем "у-пал! у-пал!". Помогает.

8. Драка и агрессия в толпе. Драться в толпе противопоказано. Это настолько крайний случай, что лучше о нем и не думать.

Не буду ничего рассказывать о применении оружия в толпе, буду исходить и мирных намерений. Так вот, в толпе самый разумный вариант - демонстрация силы. Улыбка (она же оскал), перевод в вербальную агрессию (лучше ругань, чем махач; здесь лучше не нападать на личность противника, а перевести ее на абстрактную (!!!) третью силу "да я сам за****ся из-за этой х**ни!")...

Поскольку в процесс вовлечено много народа, чаще всего драки разнимают. И ваша задача - просто отбиться.

Советую на чреватое толпой мероприятие брать с собой жилетку, свитер или флиску, которую можно быстро обмотать вокруг руки и использовать как наруч или щит, отбивая удары. Кроме шуток: драка с провокаторами или неадекватами чревата - у них могут быть и ножи, и перцовые баллончики, и кастеты, и арматура, и скрытая защита. А вы весь из себя мирный человек. Так что отбейтесь спокойно, а уж там видно будет...

Не давайте сбить себя с ног и повалить - в толпе это проблема.

Обычно в противодействии противника удерживают в р-не локтей, чтобы можно было контролировать его руки, а если надо - давлением на плечи, бицепс или предплечье вывести из равновесия. Хватать не надо, ваша задача - погасить агрессию, а захваты ее увеличивают. Но сами понимаете, это не панацея - если перед вами любой борец или умеющий работать в клинче боксер, то такая тактика для него - подарок судьбы. Есть, конечно, свои методы боя в толпе, особенно развитые в рукопашке, айкидо и джиу-джитсу, в исторической реконструкции и тайском боксе, но это уже отдельный разговор. У нас все проще - отбиться, не дать сильно стукнуть.

Вот еще что... Мужики! берегите пах! Опытный боец в драке в толпе бьет именно снизу, особенно ножом, поэтому в пах может прилететь запросто.

Если надо толкаться, то делайте это не руками, а корпусом. Тупо руки, согнутые в локтях, перед собой, пальцы свободно согнуты, но не в кулаках (вообще в толпе пальцы не выпрямляем, а то сломают на раз!), толкаем плечами, локтями, на шаге, на любой толчок реагируем немедленным резким поворотом корпуса. Толкать руками в толпе противопоказано - руки оторвут.

Кроме шуток: сам видел, как человека едва не порвали просто движением толпы - одна рука у него ушла в одну сторону, другая - в другую, да еще в спину пихнули, и развернуло человека... мордой на асфальт, одна рука вывихнута, ногой по спине прошлись...

Если рядом с вами явно неадекватный, готовый подраться человек, переадресуйте его агрессию на неживой предмет. Пните что-нибудь со словами "б**дь, с*ка, поставили тут...!". Часто вместо мордобоя вспыхивает мелкий вандализм, что в данной ситуации все-таки лучше.

Если в толпе зажгли файер, не берите его. Вам отдадут, и смоются, а вы будете виноваты. Файер лучше или выбивать (только ударом вниз! чтобы летел в землю!) или, если уж взяли, сразу бросать. Тушится файер затаптыванием в землю.

9. Провокатор! Провокаторы недостойны человеческого отношения. Их прямая задача - подставить вас, в т.ч. женщин и детей. Поэтому вопрос ясен.

Если вы видите провокатора, есть 2 принципа поведения. Во-первых, это лишить его анонимности, а во-вторых, в принципе свести его усилия к нулю, разъясняя "это провокация!". Оба варианта череповаты (могут вас переиграть, могут и по башке двинуть), но вариантов тут нет. Опытный провокатор бить вас не будет, вы ему не нужны, он скорее попробует натравить людей на вас. А вот дурак может и стукнуть.

Первый способ - ткнуть пальцем или поймать (осторожно, нож! или баллон!). И орать "провокатор! у него нож!". Вторая часть не менее важна, кстати. Если вас много - орите все вместе, не давайте ему уйти, сопровождайте все его движения этим криком.

Как вороны кота гоняют...

Скорее всего он смоется, но в другом месте продолжит гадить.

Второй способ - при виде готовящейся провокации всем стоящим рядом говорить "внимание, провокация! смотрите, там провокация!". Примитивно, но помогает, в толпе именно примитивные способы и работают...

Кстати, на последнем "марше" действовали именно провокаторы, вооруженные, обученные, в скрытой защите. Это шито белыми нитками - на такие слаженные действия никакая толпа так быстро не собирается. Ну, и рекомендую изучить материалы, особенно фото и видеозаписи...

10. Вы на пути ОМОНа. Ну что ж... приготовьтесь получить. Как говорится, не надо иллюзий, вы с ними не справитесь, да и не к чему это. ОМОН, когда идет зачисткой, давит всех, это нормально. Не потому, что он такой злой, а потому что это общая для всех стран мира практика психологического подавления сопротивляющихся.

Вы себя поставьте на их место: только что отсюда летели камни и арматура, только что кого-то из их товарищей (с которым они, может, в Чечне воевали) вытащили с колотым ножевым (откуда бы у мирных манифестантов...?)... дана команда, ОМОН пошел.

А если вдруг именно вы - провокатор? - у вас ведь на лбу не написано. Вас и подавляют психологически, чтобы вы сбежали, и винтят, если не бежите. А что ему делать? Он не только за себя, он и за товарища отвечает...

Чаще всего атака ОМОНа делается, именно чтобы прогнать манифестантов, а не чтобы их скрутить и отвести в автозак. Это уже побочный эффект. Поэтому можете убежать - бегите.

Есть другой вариант - спокойно стойте. Может, вас и огреют дубинкой, там разбираться некогда, а может, и прикинетесь ветошью. Некоторым удается. Тогда вас просто вытолкнут "давайте отсюда!" и все дела. Но могут и повинтить.

Напоследок...

Я не претендую на полноту и охотно верю, что будет кому меня дополнить, тем более, что все действительно весьма конспективно. Но все, что я говорил, опробовано на практике. Разумеется, любая практика - частный случай, и на каждый вариант развития событий найдется и нечто противоположное. Но, соблюдая академическую корректность, могу сказать так: эти методы тоже работают.

]]>http://faceless-camrad.livejournal.com/271644.html]]>

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

Marek аватар
#

А вот так "воспитывают" психологически проблемных детей в "самой демократической стране":

Много всяких стереотипов про Америку разрушаются в последнее время, много еще продолжают жить, благодаря СМИ не только традиционным, но и сетевым. Ну и конечно, их распространяют всякие либеральные «голоса» и прочие тролли. Стереотип — это упрощенное обобщение, и он ведет к деградации мышления. Про американское детское воспитание и отношение к инвалидам в США тоже много пишут радужного. Но с реальностью это не имеет ничего общего. А что интересно об этом пишут сами американцы?

- В ]]>Бруклине]]> 5-летний школьник, страдающий аутизмом, был травмирован полицейскими. Их вызвали в школу, когда у мальчика началась истерика, а учителя не знали что делать. Приехавшие полицейские просто скрутили его, привязали к носилкам и отвезли в психушку. Когда на место происшествия приехали его мама и бабушка, и попытались вступиться за мальчика, полицейские им обеим тоже надели наручники, а бабушке даже сломали ребро.

- В ]]>Альбукерке]]> полицейские заковали в наручники 7-летнего школьника, больного аутизмом. Полицию вызвали после того, как ребенок начал бегать по классу, кричать и стрелять резинками в учителя.

- В ]]>Атланте]]> школьник-инвалид Тони Смит подал в суд на местную полицию и школьное руководство, за то что его продержали 7 часов прикованным к шкафу. В этой школе один школьник отнял у другого 2 доллара. Тони Смит оказался свидетелем, полиция не нашла ничего умнее, как такой способ добычи информации у него.

- В ]]>штате Айдахо]]> полиция заковала в наручники и арестовала больную аутизмом 8-летнюю Эвелин Таури. Инцидент начался после того как Эвелин не пустили в школу, так как она была одета в её любимую толстовку с капюшоном и с вышитой коровой из мультфильма. Учителям не понравилась толстовка. Девочка начала кричать и размахивать руками, учителя вызвали полицию, девочка испугалась и стала еще беспокойнее, полицейские надели ей наручники и увезли в тюрьму для несовершеннолетних.

- В ]]>Джексоне]]> (Миссисипи) школьникам спецшкол для усмирения тоже надевают наручники. А в школе Ротенберг-Центра для усмирения больных аутизмом детей ]]>используют электрошок]]>. В штате Техас за 2007-2008 - учебный год преподаватели ]]>18 000]]> раз использовали наручники для наказания провинившихся школьников.

103009_restraints_go_jpeg_312x1000_q100.jpeg

В неудачах реформы образования часто обвиняют только учителей, а не саму Систему. Но такой подход исключает из внимания более важные системные проблемы, вроде сокращений финансирования школ, увольнений опытных преподавателей, не говоря уж про закрытия школ.

Вывод из него очевиден: по всем штатам ]]>резко выросло колличество случаев]]>, когда руководство школ использует полицейских для наказания детей за простые ежедневные шалости, вместо того, чтобы воспитывать их самими. Причем такая стратегия используется без учета здоровый ребенок, или инвалид. А ведет это известно к чему - ]]> подготовке с самого раннего детства к тюремной системе.]]>.
____________________________________
Полностью - ]]>Полицейское насилие над школьниками в США.]]>

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

#

"Marek" писал(а):
А вот так "воспитывают" психологически проблемных детей в "самой демократической стране":

У меня временами такое впечатление, что в США эпидемия безумия и садизма.

Marek аватар
#

]]>Невидимое психотронное оружие]]>

Психотронное оружие, которое еще носит название нейронного – один из самых эффективных видов нелетального воздействия на человека и группы людей. Принцип его действия заключается в дистанционном воздействии на психику, которое позволяет незаметно манипулировать сознанием, физиологическими процессами и поведением. Действующая сила психотронного оружия – электромагнитное излучение, которое при определенной частоте может становиться мощным агентом изменений в человеческом организме.

Разработка такого вида оружия началась давно и, кроме экспериментальных программ, иногда можно найти и сведения о его боевом применении. Один из таких случаев имел место во время войны в Персидском заливе, когда район ожесточенного иракского сопротивления обработали с помощью электромагнитных пушек перед американским наступлением. Неожиданно для наступающих солдат США, они не встретили никакого сопротивления – иракцы сдались в плен, так как были полностью апатичны и подавлены.

Иногда информация выплывает также через скандалы. Так, группа американских ветеранов подала в суд на министерство обороны и ЦРУ с обвинениями их в том, что они проводят преступные эксперименты над военнослужащими, связанные с вживлением в мозг имплантатов. Как оказалось, это происходило в штате Мериленд, в секретных лабораториях, где в программе тестирования изменения сознания приняло участие более 7 тысяч человек – причем никому из них не открыли в полной мере, как опасны эти эксперименты.

Доктор Колин Росс, президент института по изучению психологических травм в городе Ричардсон (Техас) так прокомментировал эту информацию:

- Я располагаю более чем 15 тысячами страниц документальных свидетельств на данную тему, и все они раскрывают тайные исследования, которые велись в США в рамках программ «Артишок», «Синяя птица», «МК-Ультра» и «МК-Поиск». С 1950 по 1973 годы был бум экспериментов по насильственному контролю сознания посредством гипноза, наркотиков, вживления в мозг внешних электродов, специальных тренингов и так далее. В исследованиях принимали участия такие серьезные научные центры как Гарвард, Йель, Университет Лос-Анджелеса, Тулейн и другие. Некоторые из результатов этих экспериментов нашли практическое применение в вживлении в мозг дельфинов электроимплантатов, которые направляли животных-камикадзе к вражеским кораблям. Но в 1973 году документация обрывается, хотя это не значит, что программы были свернуты.

Судя по всему, использование психотронного оружия после его первого применения в 1991 году, нашло дальнейшее использование в Афганистане и Ливии, а также в Ираке.

О том, что такое оружие – не просто теория журналистов, говорит вполне официальное заявление министра обороны РФ А.Сердюкова в докладе В. Путину: «Разработка оружия, основанного на принципах квантовой физики, — возможность производить различные виды психотропного оружия: оружие прямого энергетического луча, геофизическое оружие, микроволновое, генетическое, психотропное. Все эти виды вооружения сегодня являются частью программы по модернизации русской армии до 2020 года». Так как маловероятно, что подобные обещания могли бы даваться, если бы разработки в этой области начинались с нуля, то можно предположить, что речь идет о переводе экспериментальных образцов в серийные.
Вполне возможно, что единичные образцы уже используются для разгона массовых беспорядков и контроля действий оппозиции.

(Что то не заметно, чтобы на мозг опозиции чем то подействовали... Может мозг не качественный? Laughing )

О том, что востребованность в средствах влияния на психику человека – очень велика, говорит недавний скандал в Конгрессе США. Когда несколько известных сенаторов, включая Джона Маккейна, Джо Либермана и Карла Левина, резко изменили свою позицию по продолжению войны в Афганистане, став из ее резких противников – сторонниками. Это изменение было так неожиданно, что заставило заподозрить в случившемся масштабную операцию министерства обороны, которое с помощью психологов провело мощную обработку сенаторов, вынудив их изменить свою точку зрения в ущерб своему имиджу и обязательствам. Это удалось — и на армию продолжился дождь военных ассигнований.

(Думаю, все решилось не при помощи психологов, а при помощи угроз и бабла) Cool

Сама идея психотронного оружия пришла в США из Третьего Рейха, где данным направлением занималось секретное общество «Аненербе». В 1947 году в ходе операции «Скрепка» были вывезены из Германии 600 ученых, специализировавшихся в данной области. Их наработки дали начало проекту ЦРУ «МК-Ультра».

42.jpg

О том, что в итоге получилось, можно косвенно узнать из сообщения журнала «Вашингтон Пост» за 1994 год, в котором шла речь о том, что в ВВС США был найден способ внушать мысли на расстоянии. Несколько позже стало возможным увидеть и материалы патента №6470214 от 22 октября 2002 года, принадлежащего ВВС, в котором описывалась работа микроволнового оружия. Микроволновое излучения разогревает ткани человеческого организма, воздействуя таким образом на нервные окончания. При определенной частоте воздействия можно так возбуждать нервные окончания, что человек испытывает иллюзию голосов в голове и даже начинает верить в собственное сумасшествие. Это оружие может стать мощным инструментом воздействия на массы.

Первые операции по применению психотронного оружия назывались «Сканит» и «Грилфлэйм» и проводились ЦРУ и АНБ в Форт Миде, под руководством подполковника Томаса Бирдена, Альберта Стабенбейна, Инго Свана, Кейта Хари, Эда Дэймса, Геральда Кутова, Рассела Тайка, Пола Смита и других. Все эти люди впоследствии продолжили стезю работы над дистанционным воздействием на психику: подполковник Бирден стал главой Психотронной Ассоциации, а Эд Дэймс и Альберт Стабенбйен из проекта «Грилфлэйм» открыли корпорацию «Сайтек» по производству готового психотронного оружия. Другие члены этой команды тоже «засветились» во время печально известного массового самоубийства адептов секты Джима Джонса.

О проекте «МК-Ультра» начинают рассказывать и его бывшие участники – испытуемая Кэтрин Обрайен и бывший сотрудник ЦРУ Марк Филипс. По его словам, уже в 1967 году оборудование для экспериментов казалось значительно опережавшим свое время. Филипс также рассказал о том, какую видную роль играли в исследованиях ученые-нацисты, которые стали, по его мнению, причиной того, что постепенно в высших кругах Америки стал распространяться дух высокомерия, цинизма и агрессивного империализма. По словам Филипса, немецкие ученые постоянно экспериментировали с низменной стороной человеческой психики и искали наиболее эффективные методы воздействия на нее – такие как порнография, насилие, оккультные методики.

Все это хорошо иллюстрирует фундамент американской «демократии» и показывает, что в ее существе, целях и методах лежит агрессивный тоталитаризм.

Для того чтобы усовершенствовать ум, надо больше размышлять, чем заучивать. (с) Р.Декарт

Отправить комментарий